b000002180

показать благородный облик разночинца-просветителя во всем его величии и будничном героизме. В первое отдельное издание книги своих воспоминаний автор включил также и цикл автобиографических рассказов «Как это было», опубликованный полностью в 1890 году в журнале «Русская мысль». На это у него были серьезные основания, ибо обе книги посвящены одной эпохе и одной теме «крестьянского освобождения», обе написаны на материале детских и юношеских воспоминаний, а та­ кие рассказы, как «В старом доме» и «Канун великого праздника», близко перекликаются с главами воспоминаний и дополняют их. В своей книге «Детские и юные годы» Златовратский почти не останавливается на том, что в эти роковые времена происходило в крестьянской среде, какие думы там зрели, какие чувства там про­ буждались. Лишь эпизоды на кухне кухарки Дарьи, куда съезжа­ лись деревенские ходоки, посланные миром, чтобы выведать у нее, работающей в доме чиновника, имеющего прямое отношение к кре­ стьянскому вопросу, что-нибудь о «воле», заставляют догадываться, что «раб» не был равнодушен к своей грядущей судьбе. «Рассказы о детях освобождения» повествуют главным образом о деревенском люде, его тревогах и надеждах, его настроениях и думах в дни «ка­ нуна великого праздника». Златовратский верно уловил, что в созна­ нии народа произошла значительная перемена, что происходит ка­ кое-то брожение, то здесь, то там прорывается возмущение, растет жажда обновления всей жизни на началах равенства и справедли­ вости. Он верно подметил, что известия о предстоящей воле взбудо­ ражили деревню и в то же время выявилось огромное недоверие мужика к «верхам», опасение, что они его предадут. С большой теплотой и любовью создает он образы мужицких правдоискателей: слепой Фимушки с ее чистым и любящим сердцем, открытым для всех обиженных, горбатой Потани, мечтающей о не­ коем вертограде — царстве правды и равенства, Аннушки с ее жерт­ венной любовью ко всем страждущим, странника Филимона, бро­ дяги Александра и др. Но этим героям его рассказов чужд мятеж­ ный дух, воля к борьбе. Присущее крестьянству стихийное чув- ство протеста истолковано в автобиографических рассказах Злато­ вратского в религиозно-мистическом духе. В «Рассказах о детях освобождения» писателю не удалось передать те революционные мысли, которые «не могли не бродить в головах крепостных кре­ стьян» *. Здесь еще больше сказались границы, которые перед авто- * В. И. Ле нин , Сочинения, т. 17, стр. 96. 29