b000002180

уродец хлопотливо и заботливо, с утра до ночи, не зная устали, бегал по господскому двору с хворостинкой в руках, принимая на себя все попреки и побои з а шумливое и блудливое свое стадо... Но она все же пока росла на воле, под голубым божьим небом, уходя со своим веселым стадом на целые полдни то «на могилку к матушке», под зеленый шатер березовой рощи, то на веселую, шумящую в камышах речку, то в залитые душистым цветом луга. А когда ей минуло четырнадцать лет, ее вместе с другими девушками загнали в душные, темные «девичьи», где, не покладая рук, изо дня в день плели они нескончаемые кружева и вышивали нескончаемые узоры. «А х , девушки, девушки! — вздыхала, бывало, Потаня.— Как хорошо те­ перь на воле-то!.. Х о ть бы на часок сбегать туда на ма­ менькину могилку!..» — «Ч то на часок!.. Совсем бы нам убежать, девушки... Т ак бы убежать, чтоб и следа нашего никто не открыл... Да куда убежишь?.. В монастырь — и в тот не пустят... Пытались бегать, да опять вернули...» — «А есть, говорят, девушки,— рассказывал кто-нибудь,— такие места... скрытные от всех... в далеких зеленых ле­ сах... И кого, говорят, господь доведет туда, тому счастье на всю жизнь откроет... Стоят в этих зеленых лесах оби­ тели: избы выведены большие, чистые, светлые... Вокруг довольство всякое: и реки многорыбные, и сады понаса- жены... И живут там все одни девушки, живут на полной своей воле — на свободущке, честным трудом сами себя во всем продовольствуют; шьют они себе одежды само- тканные, вышивают шелками и золотом... Все сами книго- чеи-начетницы, ни от каких мужей-начальников не подне­ вольные... И никому в те обители доступу нету, кроме как сиротам убогим, или вдовам, или девушкам, что от горя да насилия бегут... Только, девушки, не всем счастье, не всем пути в те обители открываются... Пытались, слышно, бежать и от нас, да ловили их скоро и опять на пущую не­ волю ворочали. Не всем пути туда ведомы!..» Идут годы подневольной девичьей жизни, вырастают тихомолком де­ вичьи подневольные мечты, а Потаня все слушает и слу­ шает девичьи секретные разговоры, все чаще-чаще вспоми­ нается ей любимая матушка, ее скорбная молодость, смо­ ченная слезами, прибитая горем красота... Ноет все больше сердце у Потани, не дает ей покоя девичье горе... 279