b000002180

предпочитая секретно упражняться в писании стишков «по Кольцову» (которые мне тогда казались «самыми лег­ кими»), и в то же время не стыдился еще списывать клас­ сные упражнения с тетрадок товарищей. Т ак вот, придя однажды к этому товарищу, я застал его за очень стран­ ным, если не сказать откровеннее, занятием. Перед ним лежала стопка чистой почтовой бумаги, а рядом с ней дру­ гая, в которую он складывал уже каллиграфически на­ писанные им какие-то письма, размером от 10 до 20 строк. Письма эти он копировал с десятка лежавших перед ним начерно набросанных чьей-то посторонней рукой различ­ ных образцов, а затем уже укладывал в стопки сообразно какому-то алфавитному списку. «Н е хочешь ли помочь? — спросил он меня.— Ты ведь умеешь красиво и четко пи­ сать».— «Попробую. В чем дело?» — «А вот в чем: отцу заказано от начальства написать несколько сот бла­ годарственных к царю-освободителю писем от имени кре­ стьянских волостей по поводу манифеста девятнадцатого февраля... Ну, так понимаешь: очень просто — отец вот сочинил несколько образцов, а мне велел переписывать и, чтобы не все выходили уж очень одинаковы, поручил даже вносить и свои небольшие изменения или просто переставлять слова и фразы, только чтобы без смысла не вышло... Хочешь, так помогай. Отец обещал мне дать за это на книги... Только, чур, секрет!.. Никому ни слова... Это уж я только тебе... доверяю...» Дело предстояло во всех смыслах любопытное. «Попробуем!» — согласился я и с величайшим интересом стал вчитываться в образцы. Каждый из них заключал в себе первым делом заголовок: «От крестьян такой-то губернии, уезда и волости», затем обращение, на выразительность и строгую корректность которого обращалось особенное внимание и которое варьи­ ровалось в таком роде: «Всемилостивейший и великий государь-отец», или «Возлюбленный наш монарх, отец и покровитель», или в патриархальном тоне: «Батюшка Царь!» и т. п. Дальше следовали уже самые верноподдан- неишие излияния неизреченных благодарностей в стиле челобитных времен Алексея Михайловича. «Н у, вот тебе бумага, вот список волостей с буквы М... Качай!.. Если вздумаешь что написать по-другому — покажи мне»,— сказал приятель, и мы весело принялись за дело, так как 127