b000002180

снова охватило такое страстное желание опять увидать роскошный дворянский зал, переполненный народом, та­ кая жажда новых впечатлений, что я неотступно пристал к отцу взять меня завтра с собой «поглядеть хоть в щелку» на то, что происходит в собрании. — Ну, хорошо,— сказал он,— приходи завтра в би­ блиотеку... Т ам увидим. Дворянский дом с вереницей подъезжавших к подъ­ езду богатых саней и карет выглядел внушительно. Седой швейцар в маскарадном костюме, с булавой и в треуголке так угрожающе посматривал на кучеров и ла­ кеев, оказался давно знакомым мне добродушным стари- ком-сторожем, который чуть ли не носил меня еще на ру­ ках; он, конечно, тотчас же милостиво отворил мне двери недоступного теперь для многих смертных святилища. Я быстро, как мышь, проскользнул между рядами лакеев в библиотеку, которая теперь, как я уже говорил, была з а ­ крыта для читателей и превращена в раздевальню и бу­ фет, а затем задним ходом поднялся наверх, в «парадные» комнаты, где отец и поместил меня около полуотворенной двери, ведущей в зал. Все то же, как и на концерте, все так же чинно и торжественна сидит публика, только ее меньше, и вся она во фраках и мундирах, да на эстраде за длинным столом вместо артистов блестел золотом шитых мундиров целый ряд важных дворянских особ... Кто-то что-то читал долго и утомительно... Кто-то что-то возра­ жал... До меня долетали только смутные звуки... Но вот чтение стало прерываться какими-то возгласами, потом шиканьем... Потом вдруг как будто что-то сорвалось, и зал наполнился невообразимым шумом: громкие аплоди­ сменты, шиканье, угрожающие крики, грохот стульев и то­ пот ног — все перемешалось... Я ничего не понимал и как- то невольно, сгорая любопытством, просунул голову в дверь, как вдруг отец, заметив меня, взволнованный и бледный, схватил меня за руку и сказал: «Ступай домой... сейчас же!.. Больше тебе нечего здесь делать». А вечером, когда собрались все наши, ожидая с нетер­ пением возвращения отца, он, усталый и удрученный, сказал, вернувшись: «Ну, теперь шабаш !.. Н а ш старик окончательно заявил, что он уходит и больше баллотиро­ ваться не будет...» А затем он долго сообщал о том, как 118