b000002179

вор про бедность, горе, несчастье. Кто-то опять заводит разговор с Петюнькой, чтоб повеселить компанию: — Ну, Петька, рад, что домой пойдешь? — Нет. Я не пойду, — отвечал Петька, грызя -Сухие баранки, которые сует ему в,, руку и за пазуху матка, тихо нашептывая: «Жуй, кровный, жуй со Христом! Вишь, тельцо-то с тебя все посошло». — В лес пойдешь? а? Птицу стрелять? — В лес пойду... И мамку возьму... — А мамку зачем? — Отец убьет... Жалко... — Мы отцу теперь не дадим бить. Петюнька замолчал. — А зачем раньше давали? — спросил он. — Все одно и теперь... — Теперь мы его в холодную запрем. — Из холодной он опять придет. А мы лучше с мам ­ кой совсем уйдем. — Вам нельзя. Земля за вами. Мы и пашпортов не дадим. — Я в бега уйду. — А чем жить будешь? Господи, помилуй нас, грешных, — прошептал Еремей Горшок, горячо молясь на сон грядущий. Г л а в а т р е т ь я СТОЛКНОВЕНИЯ В ОКРУГЕ И ПОСЛЕДОВАВШИЕ РЕЗУЛЬТАТЫ I Во что разыгралась метелица. В п р е д ш е с т в о в а вш у ю ночь, когда Недоуздок безыс- ходно путался в неразрешимых противоречиях «судей- мкого положения" и Е Ремей Горшок склонял к полу пред образом свою лысую голову, В эту пору на другой по­ ловине происходила такая сцена. Всю ночь дворник то ложился в постель, то сползал с нее, то зажигал свечу,