b000002179

— Ну, что, Петя, как показался тебе теперь Ко- лосьин? Мы давно уж его не видали? — спросила Л и за ­ вета Николаевна. — Как ж е он мне может иначе показаться? Все та же самодовольная скотина! — проговорил Морозов и раздраженно повернулся в углу дивана. Лизавета Николаевна взглянула на меня и грустно пожала плечами. Все молчали. — Вот они, — заговорила опять Лизавета Нико­ лаевна, показывая на меня, — принесли две любопытные новости... — Что же? — Папа-крестный навестил Башкирова, а к нам д а ­ же не заехал. Говорят, они стали приятелями. Морозов молчал. — Катерина Егоровна ушла пешком... вместе с М ат­ реной Петровной. — Куда? — Вероятно, за каким-нибудь делом. — И прекрасно делают... К аж д ая баба, которая сту­ чит лбом о пол где-нибудь в Соловках, бесконечно дель­ нее и честнее нас, дельцов... Морозов выпалил это залпом и, быстро встав, по­ шел к себе в кабинет. Л изавета Николаевна долго смотрела каким-то странным взглядом на затворившуюся дверь и потом, медленно поднявшись, сказала, что ей надо распорядить­ ся по хозяйству, и попросила меня развлечь ее мужа. . Я пошел в кабинет к Петру Петровичу; он уже был в рабочей блузе. Сброшенный сюртук валялся на диване. — Вот самый лучший медикамент при всяких пси­ хических неурядицах, — сказал он мне, показывая в ру­ ках рубанок, — только этим и спасаюсь... Д ам себе гонку часа так на три, до третьего пота, — мигом всю чушь из головы выгонит. И опять хоть приблизительно на человека похож будешь... — Лечитесь, а я вам помогу: буду молчать и не з а ­ икнусь ни о чем, что могло бы вызвать вновь приступы психической неурядицы. Петр Петрович взворотил на верстак огромный ко­ нец доски и начал строгать. Работал он легко, плавно, хорошо. Скоро лицо его ожило, зарумянилось; на лбу показался здоровый пот; и через несколько минут он 767