b000002179

но или поздно он будет их, да и сам майор давал н а­ дежду на это, потому что часто, пьянствуя с ними, он волей-неволей втягивался в их интересы, давал сове­ ты — то злобно, с какой-то ехидной преднамеренностью, желанием напакостить или им, или помещикам, или н а ­ чальству, то добродушно и бескорыстно, любовно и забот­ ливо. Мужицким надеждам суждено было осуществить­ ся: диким, злым, пьяным протестом пошел майор на это «приспособленье». Ходя по кабакам и трактирам, нарочно искал он материала для этого приспособления: ни одна мужицкая просьба, ни одна жалоба, ни одно не­ доразумение между мужиками и помещиками и тех и других между посредниками не оставлялись им без внимания. Сначала полетели всевозможные «просьбы», «обжалования», «протесты», которые он строчил по к а ­ бакам, и, наконец, когда увидел, что эти «протесты» остаются в большинстве случаев мертвой буквой, он не вытерпел и стал принимать на себя личные ходатай­ ства. Скоро имя майора загремело по окрестной Па­ лестине: он стал «тоской и надсадой» посредников, по­ мещиков и мировых съездов. Все окрестные помещики негодовали на него, и только благодаря его севасто­ польским заслугам да пятидесятилетнему возрасту уда­ лось ему остаться «неприкосновенным». Майор чувство­ вал, что он «не один в поле воин», и еще энергичнее направил свою деятельность: скоро он сделался «тоской и надсадой» уже не одних посредников, но целого мест­ ного земства. Вся эта деятельность, сначала какая-то стихийная, беспутная, вскоре мало-помалу поглотила це­ ликом душу майора; майор перестал пьянствовать, в нем забродило и ожило кое-что из старого, он перечитал д аж е кое-какие книжки, не без дрожащих на ресницах слез. В нем иногда закипала надежда, что еще не все пропало для него... Иногда эти надежды так радужно сия­ ли пред ним, что идея любви и всепрощения осенила его уставшую душу. Но чаще он чувствовал, что что-то «утекло», утекло невозвратно. В эти минуты его сердце разрывалось тоскою о рано умершей жене, о потерян­ ной дочери, и только неустанно-шумная, не дающая очнуться деятельность среди наплывавших нужд серо­ го люда помогла ему перенести эту тоску. Когда д е я ­ тельность его стала разумнее и отчасти спокойнее, он занялся своим имением, под давлением Кузи, сделавше­ 710