b000002179

Приятель отчего-то переконфузился, а Ванюшка стал хладнокровно переобувать сапоги и молчал. Такого же характера были и другие его «устои». Как человек, живущий постоянно настоящею, реальною жиз­ нью, он решал все сложные вопросы конкретно, а не в отвлечении. Нашелся у него один пациент из мастеро­ вых, парень лет двадцати пяти, больной и хилый, взду­ мавший, кроме того, тосковать еще от любви. — Мне, — говорит, — жениться очень нужно... Вот главная суть в чем!.. — объяснял он Ванюшке. — Так чаво ж тебе — женись! — Жену прокормить нечем. Вот какая линия!... Сам я хилый, а она того хуже. У меня и на свадьбу-то гро­ ша нет. Пред Ванюшкой сейчас же стал средний человек, человек, так сказать, «гигиенический», который в лек­ циях медицинских фигурирует да в популярных гигие­ нах; явились у него в голове и теория Мальтуса, и на­ следственность, и распложение нищих, и ответствен­ ность пред потомством. Ванюшка покрутил головой и затем плюнул. — Ты, парень, лучше женись, пока не умерли вы оба. Женишься — умрешь, и не женишься — умрешь. А все ж испробуете, что за штука любовь-то... Тоже ведь вашему брату счастие-то не вчастую... А на свадьбу я тебе де нет принесу заимообразно... чтоб тебе это было не в огор­ чение! «Потомство!.. Вишь что выдумали! Хитры,е шельмы! Им это ничего... Говорят: имей в виду потомство! твердил про себя Ванюшка и волновался. А ты вот сними рубашку и отдай!» По окончании курса Ванюшка остался в том же по­ ложении, в каком был и студентом. Года через два он вздумал было защищать диссертацию, да, как мы виде­ ли, самым легковерным образом не явился в назначен­ ный день на защиту. Назначили другой срок, но едва он явился на кафедру, едва увидал пред собой группу рас толстелых и вылощенных джентльменов, которые уж приготовились броситься на свою жертву (а им действи­ тельно диссертация была не по душе, ибо доказывала по­ ложительный вред некоторых медицинских учреждении., едва завидел публику, собравшуюся глазеть^ на э т у «диалектическую травлю», как вдруг необычайно сме- 686