b000002179

— Что ж, это хорошо! — сказал батюшка, — Вы с меня за панихиду-то и зачтите. Я -готов пожертвовать! — Нет-с, позвольте... Сначала, как и подобает, ини­ циатива должна принадлежать его — ству... Все отправились в гостиную, где Дикий барин с Мо­ розовым пили чай. — Ваше-ство! — начал Никаша: — вам, как и всем здесь присутствующим, небезызвестно, конечно, какие ужасные события совершаются в судьбе единопле... Я нарочно подошел к двери, чтобы послушать речь Никаши, как вдруг он оборвал ее на полуслове. — Извини, Лизочка, прощай! Я не могу больше... В другой раз!— заторопился Дикий барин. — Навестите меня как-нибудь... Буду рад... А теперь не могу... Где моя шляпа? палка? Но Никаша смутился только на минуту, и, в то время как Дикий барин поспешно уходил, сопровождаемый Морозовыми, он продолжал речь к оставшимся. Конец речи вызвал сильный протест со стороны майора. Майор закипятился: дело, кажется, состояло в том, что Никаша заявил о своем намерении собрать с крестьян пожерт­ вования: с одной стороны, через становых, «с разъясне­ нием сущности дела», и с другой стороны — путем земства. Майор восстал против этого, поддерживаемый упор­ ным несогласием на этот проект со стороны седого старика. — Так, так, миленький! — поощрял его майор, ликуя и сияя всей своей маленькой персоной. — Верно! Держи выстойку... Мы, мол, и сами сумеем... З а нами дело не станет; захотим — головы положим! — А что у вас много в земстве выживших из ума стариков? — спросил сдержанным голосом адвокат «от дворян» Никашу. — Юнош а !— загремел майор, нахмурив брови, и засеменил ножками (очевидно, он поторопился принять замечание на свой счет), — не спеши обижать старого майора!.. Не опасайся! он не тебя удостоит своим ува­ жением... Вникни: в 1835 году... Но тут майор заговорил т ак быстро, что до меня долетали только одни отрывки какой-то странной хроно­ логии в таком роде: «...в 1835 году... состоял и, быв препровожден курьерно... в 1848 году... состоял и быв— 668