b000002179

ством», только не «устоев», а чего-то другого... чего-то такого, что так трудно поддается нашему пониманию, что мы как-то органически не можем теперь допустить, потому что боимся. Именно боимся; по крайней мере я боюсь, и выговариваю это искренно и прямо... А дру­ гие там как хотят. Постойте, дайте скажу несколько слов об этой бояз­ ни. Вы уж, конечно, знаете, что я теперь далеко не прежняя, глупенькая и полуграмотная Лиза; положим, что и не бог знает как образованна, но все же скажу, что за эти шесть-семь лет проштудировано, продумано к прочувствовано мною столько хорошего, серьезного, что дай бог всякому, патентованному разными аттеста­ тами зрелости и кандидатскими дипломами. Я говорю это с гордостью, без ложного смирения. Конечно, у меня не было школярской выдержки, но зато у меня была любовь и ж аж д а истины. Кажется, я имею право прямо смотреть на припадки малодушия, которые охватывают меня, без страха внутренно обвинить себя в невеже­ стве. Итак, откуда же это малодушие и боязнь? Мне ка ­ жется, мое определение верно, что это малодушие и бо­ язнь, эта постоянная смена веры и отчаяния у нас органические. Крепостное право приучило нас смо­ треть на народ как на однообразную, бесцветную массу. Мы так же смотрели на нее и в то время, когда эту мас­ су «освобождали». По инерции мы так же продолжаем на нее смотреть и теперь. Прибавилось только пока бо­ лее резкое различие во взглядах на эту массу и в отно­ шениях к ней. Но, несмотря на радикально противопо­ ложные воззрения на народ, мы относимся к нему так же, как холуйский живописец к полкам, которые он раз­ малевывает: взял синей краски, мазнул — и сразу все мундиры стали синие; или взял красной краски, и не только все мундиры, но д аже сапоги и лицо стали крас­ ные. Это же «сплошное» первобытное малеванье массы определяет и наше отношение к ней. Впрочем, я зафилософствовалась и, признаться, со­ всем некстати... Д а и скучно, мне стало. Пусть философ- ствуют те, у кого свербит ум, а у меня болит сердце и но- еТ грудь Хотела было я все это изорвать, да зачем? Р и с о в а т ь с я , что ли, мне пред вами? Написалось это значит,так 618