b000002179

ком, который не обращал на меня никакого внимания. Чувство полной беспомощности, одиночества, уж аса1 охватило меня, и я, измученная, мокрая, уставшая, едва переплетая ногами,' вдруг заплакала... Но мужик все в а­ лил и валил: с боков его жали крупы жандармских ло­ шадей, в другом месте он сам ж ал их к стенам домов... На мои прюнелевые ботинки то и дело ступали тяжелые подковы мужицких сапог; барежевое платьице и юбоч­ ки не только были измяты, как тряпки, но готовы были превратиться в лоскутья... Слезы у меня лились все не­ удержимее, а кругом я слышала только звон колоколов, несвязный гул, тяжелое дыхание сотни грудей и только изредка возгласы старух или стариков, которые говори­ ли, обгоняя меня: «Ай, ай! задавят, того гляди, девоч­ ку!.. Долго ли, господи!.. Много ли ей надо? Мужик сапогом раздавит!» И, сказав это, они уже перегоняли меня, увлекаемые сами. Вот я споткнулась — и упала... И мне, помню, мелькнула мысль — вот сейчас огромный мужицкий сапог придавит меня, и мне будет так же больно, как моей ноге в прюнелевой ботинке... Но затем я уже не помню, что было... Когда я очнулась, меня держал на руках какой-то деревенский старичок, с том­ ным, ласковым, мягким взглядом, и говорил: «Ну, ну, не плачь, красавица!.. Теперь уж мы с тобой какой ни то путь найдем... И мамыньку найдем... Не плачь, красави ­ ца, не бойся!.. Ай, какое дело!.. И зачем это ты сюда попала?..» Я помню, что он, не переставая, говорил мне что-то^в этом роде очень долго, выбираясь из толпы в первый попавшийся переулок... Я долго не могла оста­ новить рыданий, долго еще боялась этого старика, и в то же время мне он почему-то нравился... Вот он носит ме­ ня по городским улицам и спрашивает встречных: не зн а ­ ют ли, чья это девочка? А сам все утешает: «Ты не плачь, красавица!.. Ты веоь мне, мы уж найдем путь... И м а­ мыньку найдем!.. На что бог-то?.. Бог нам укажет...» И пока носил он меня по улицам, я совсем с ним свык­ лась, и перестала бояться его, и почему-то верила, что УЖ теперь я не пропаду... Нам скоро попался один зна- комый моего отца и указал дорогу к дому... Господи, как я обрадовалась!.. Мне кажется, что я теперь чувст­ вую, как сильно забилось мое сердце, когда я увидала наш дом... Я быстро выскользнула из рук старичка и, закричав: «мама, мама!», бросилась бежать. Я только 605