b000002179

ми то в одну сторону, то в другую, как бы приглашая всех в свидетели справедливости своих слов; но едва он приостановился, как будто подыскивая дальнейший запас резонных рассуждений, и присел, как с лавки поднялся ему на смену Сергей, точь-в-точь как его двойник брат, так же внушительно размахивая руками, с тем ж е хозяйственно резонистым волнением. — С кого ты пример-то хотел взять? С кого? С Бо ­ риса?.. Так ведь Борис-то не тебе чета!.. Не тебе с Бо ­ рисом тягаться... Деревянный ты! Ведь Борис-то преж ­ де, чем в разбойники-то обделаться, человеком был... Ведь Борис-то сам таких, как ты, тысячи в лапах д ер ­ жал... Ведь пред Борисом-то и барин, и начальник в трепете были... Вот он каков, Борис-то!.. А ты... Ведь ты... ты разве человек?.. Ты об своем животе небре­ жешь, об своей крови попечения не знаешь... Ведь еж е ­ ли человек-то настоящий, так в нем ежели не ум, 'та к кровь говорит, кровь дает знать!.. У тебя вон скоро ребенок будет: куда ты его с женой-то потащил бы по чужим людям? а? Ты это подумал ли? Припас ли ты для них дворцы-то? а? Али, может, пустил бы же- ну-то, что корову, в омшаннике родить? а? Ведь на кого ты покусился?.. Подумал ли ты, что это значит, хозяйство ежели тронуть!.. Ведь оно, хозяйство-то не то что тебя обует, накормит, напоит, а и детей-то твоих и внуков!.. Ну, кто же после того на деревне тебе до­ верие окажет, после таких твоих поступков?.. Ну?.. Ведь уж мы теперь так, можно сказать, глупости твоей ради снисходим... И снова, едва истощился поток самых сильных ре­ зонов у Сергея, его сменил Андрон. — Истинно глупости твоей ради снисходим, — под­ хватил он слова брата. — Хоть то подумать: взяли те­ бя мы во двор... за что мы тебя взяли?.. Ведь ты чу­ жак... Ведь ты... Ведь ты хоша бы благодар ­ ность чувствовал: вот, мол, добрые люди век изжили, век кровь изливали, все для хозяйства старались, мо­ жет, каждый кусок берегли, недопивали, недоедали, чтобы только, значит, детям напередки осталось, не голодать бы, мол, нашим детям... Вот бы ты как рас­ суждать должен, кабы ты был человеком... А ведь ты... — А ведь ты... — подхватил было опять Сергей, срываясь с лавки. Но в это время из-за перегородки, 527