b000002179

Старушка замотала головой и повалилась им в ноги. — Ну, ну... Не гневайся, милая. Мы твоим добром не гнушаемся. Спаси тебя, господи, скорбную! Все присяжные сняли шапки, перекрестились и вы ­ шли из села. — Ко-окку-у! Ко-окку-у! Иго-го! — раздавались .им вслед из келийки безумные выкрики Антипки. Они уныло вслушивались в них, удаляясь все д аль ­ ше и дальше от села, пока ветер перестал доносить до них эти дикие, прерывистые звуки и пока, наконец, они замерли совсем. — Дело наше, милые, ответное пред богом и людь­ ми! Как восковая свеча пред образом — вот оно ка­ кое! — проговорил Фомушка после долгого молчания и еще раз перекрестился. Ему не отвечали — то ли от усталости, то ли от чего другого. Но только в эту минуту, может быть, более чем когда-нибудь, все присяжные чувствовали свою близость к «народному греху и несчастию», сознавали нравственную обязанность пред ним и думали одною думой с Фомушкой. Г л а в а в т о р а я ПЕРВОЕ ЗНАКОМСТВО С НОВЫМИ ПРАВАМИ Пеньковцы приспособляются П о з д н о К вечеРУ присяжные входили в губернский город.