b000002179

топочет, бороду треплет... «Разве это мужик?» — как будто над ним постоянно смеется деревня. И действи­ тельно, вот Пиман — посмотрите, в нем словно живет вся деревня, как будто он носит всюду с собой, не­ видимо, весь обиход деревенский. Так все в нем сораз­ мерно деревне. Иначе его не представишь себе: идет он, и кажется, будто вот тут, перед ним, соха скрипит тяжко под могучей рукой, вцепляясь железом в з а ­ сохшую землю, лошадь, высокая, статная, так же как и Пиман, напирая широкою грудью, мерно шагает, т я ­ жело подымая ноги и в такт им тряся добродушно уш а­ ми. Обоз ли представишь — и опять тот же Пиман, та же лошадь в ногу ступают и вместе с возом как будто скрипят и пыхтят. Во дворе ли увидишь его — с ним жена, работящая, степенная, строгая баба, крупно ш а­ гая, ходит из закута в закут, с крупой и мукой, с водой и корытом, от птицы к скотине; вот тут и корова сыт­ но жвачку жует и добро-сонливым взором спокойно лениво смотрит вокруг. Так гармонично все, так не­ мыслимо тут одно без другого. Так ж е все соразмерно связано здесь, как и в природе самой, и молчаливо торжественно совершается мирный процесс органиче­ ской жизни, как будто пущенный в ход чьей-то сторон­ нею властью. Тут и признака нет, чтобы кто кем-ни­ будь управлял: почва ли корнем или листьями стволов, или туча все здесь оживляет, или _ветер эту тучу на­ правил, или река, поднимаясь парами к небу, ее ро­ дила? Кто ж тут важнее: река ли, почва ли, ветер, ту­ ча?.. Одно без другого — ничто. Таков был счастливый мужик. Другое дело Мин Афанасьич. — Так-то, Пиман Савельич, — говорил болтливый Мин Афанасьич, мигая глазами и часто семеня босы­ ми ногами, спеша за солидным Пиманом, — говорю я: где битва, там крестьянстьу разор... А все ведь пустое, так, перекоры, бог весть за что, чего делят... друг другу перечат, хитрым обманом обходят, злоба, ненависть... Велик ли наш мир, а вот уж успели чуть не подрать­ ся: зависть все... Все из пустого! — Так думаю я,— проговорил молчаливый Пиман,— оттого это ноне, что всякому стало вольнее, а миру теснее. Прежде было так: прежде было тебе утесни­ тельно, да зато миру просторно!,. 376 '