b000002179

что от каменки в бане,— ничего, сам кряхтит за сохой, да и земля под ним стонет! Весело сделалось миру, и д аж е угрюмые рассмея- лись на этого гостя — Власа из Пузырей. — Так вот оно счастие, — закончил Макридий, — не нам его усчитать. Д авайте лучше равняться, как смо­ жем... Пусть, кто сильнее в миру, тот больше и тягости примет... Это будет по правилам. Ему тут хотели сказать пимановы дети: «По прави­ лам так, а по-божьи кто же сильнее-то: он ли, что лавку имеет да лошадьми торгует, а земли берет всего на две души, или опять все они же, у которых пуп трещит от работы?» Но их дернул за полы Пиман, да кстати и два старика помешали: весь мир ими был занят и дружно смеялся. Д в а свата старых сцепились, что петухи: тоже о счастии заспорили. Сват Парамон говорил, что был бы-де он счастлив, коли б не невестка его, смутьянка и дому всему разо ­ рительница. Но тут сват Сысой наскочил на него с т а ­ кими словами: — Я сам был бы счастлив, когда бы чорт не спутал с тобой!.. У меня бы теперь сватом купец был Грачев- ский, не то, что вы, сбитые лапти!.. Д а чорт угораздил тогда с тобой лишнее выпить: ну, «приятель да друг!» Мир тут ввязался: сватать давай. Вот мир, водка да чорт и попутал!.. А ты бы за мою-то дочь вечно в ногах мне валялся. Ведь вы только ею и живы. — Кто? — Вы, лежебоки, с сыном только на печке бока парите. А она... — Что она? Хвост да язык треплет по чужим избам. Вот она кто!.. Она лиходейка! Так два свата бранились, пока не развел их Макридий. — Стойте! что вы! Вот старичишки!.. Люди собра­ лись степенно выпить после трудов, а они, вишь, смуту подняли какую! Братцы, вперед не давать им мирского вина. — Не давать, не давать! — мир шумел и смеялся. — Все это вот наши Пиманы, — заметил Макри- . дий. — Чем бы тихонько, ладком бы, а они подняли спор, счастие мужицкое стали усчитывать... — Все мы ж е опять виноваты? — спросили пимановы дети. 372