b000002179

— Всех бог рассудит! — ответили присяжные. — Спаси тебя господь... — Вас спаси господи. Старик покряхтел, посмотрел им вслед и снова н а­ чал раскалывать дубовую колоду. — То-то здесь горе над людьми лютует! — далеко уже отойдя от деревеньки; заметил Лука Трофимыч. — То ли уж народ глуп, то ли привык он на ма­ мону чужую работать! — недоумевал как будто про себя Недоуздок. — Поддержки народу нет, — порешил Фомушка, — что малый ребенок он... Как ты его осудишь? Толковали присяжные, казалось, хладнокровно, а между тем личность Архипа Сука, этого безвестного статистика народного «греха и несчастия», подейство­ вала сильно на них. С каждым шагом к округе, с к аж ­ дою встречей все сильнее начинали они ощущать, хотя смутно, свою близость к этому народному «греху и Не- счастию», свою нравственную обязанность к нему. Так называемые «культурные» люди не могут иметь даже смутного ощущения этой близости. Д ля них н а ­ родный «грех, несчастие» есть не более, как «абстракт­ ная идея» права (выражаясь их словами); для народа— это «боль человека с плотью и кровью». Фомушка, вспоминая Архипа, думал, что ежели осудить человека «греха и несчастия», то как бы не перевысить меру Господня наказания и как бы тому человеку больнее н е с т а л о , ч ем п о совести следует. В то время как по понятиям одних " гРех" начинается с момента преступ- ногоактаи требует наказания, — для крестьянина он уже сам по себе есть часть «кары и несчастия», начало в зы с к ан и я к аРаЮЩеГ° бога за оДНоМУ емУ ведомые, когда-то совершенные поступки. IV «Божий помещик» Чем дальшн подвигались присяжные по многоезжему торговому тракту, ч а щ е п о п а д а л и с ь и м н а п у т и р а з - личные селения , тем чаще ПРИХ0ДИЛ0СЬ снимать шапки, Раскланиваться 'с встречными и отвечать на одни и те