b000002179

жу... Д а , непременно в деревню... Мы должны служить народу... С нашей стороны — это просто подло!.. Он бе­ ден, задавлен, темен, беспомощен, и мы... Сережа будет служить в земстве... Мы пойдем рука об руку, внесем туда свет и любовь...» Но все это был чистейший и невиннейший вздор. Потому что и блондинка, и брюнетка разом спрашива­ ли себя с гнетущею тоской.-^ «Господи! неужели никто не придет сегодня?» «Чорт знает, — думал в свою очередь Иван Степа­ ныч, — хоть бы кто нибудь завернул... Эдакие, парень, паскудные мысли в' голову лезут... Ведь эдак, чего доб­ рого, с ума сойдешь... И все вздор: у меня еще там... есть триста десятин поруби... Вот еще пять, — десять лет, на ней такой ли лес высыплет... по пятьсот рубли­ ков за десятину сцапать можно! Ведь там питательная ветвь проходит! Д а! Это будет сколько же?..» — Лиза! — вдруг кричит отец вслух, — сколько это будет, если триста десятин по пятьсот рублей? — А что это? — А так... там вот у матери в имении лес вырос... Великолепный лес! Помню... Мне тогда давали по сто рублей... Ну, через пять лет, наверное, можно взять пятьсот... Д а теперь, если д аж е перезаложить его, за первое слово по двести рублей дадут. У всех вдруг сердце начинает весело биться, что-то «отлегло». Брюнетка положила в сторону воротничок и, медленно поднявшись, потянулась у зеркала и полю­ бовалась своею стройною фигурой... «О, ива ты, ива, зеленая ива!» — вертится у нее в голове. Блондинка Лиза очень рада бросить подушку и н а­ чинает бегать по комнате. — Ты чего? — спрашивает отец. — Д а ведь вы же заставляете считать... Ищу бу­ маги и карандаш... — Неужели так не можешь? — укорительно качал головою отец. Лиза вспыхивает и припоминает, что она собиралась быть сельскою учительницей. — Конечно, могу!.. Только лень, папа... Н а бумаге скорее... Сто пятьдесят тысяч, — бормотал Иван Степа­ ныч. Однако!.. Если даж е половину, и то... Возьмем 314