b000002179

— Чередные будем. — Присяжные? — Они самые. — Ну, ну, грейтесь... Места будет... Всем хватит. С печи послышалось ворчанье: — Эка напустили побиральцев... Гольтяпы — какая арава. — Полно, уймись... — Спи, старичок, со Христом; мы не обидим. — Поужинать что будете? — спросила хозяйка, пол- ная, с грудью-козырем, расторопная баба. — Нету. У нас деревенское есть. Кокурками бабьими побалуемся. Тоже бабы наделили как быть, — любят. -— А то поели бы. Щи вот остались. Я ничего не возьму. Знамо, люди из повинности. В городе тоже, поди, четырнадцать дён прожить придется. Изъянно. — Харчевито. — Харчевито — что говорить! Похлебайте. — Приживальщики! — ворчал голос с печи. Вот оно у меня, дитятко-то, — заметила баба. — Правду говорят, что малый, что старый — все одно. Мы, коли что, поплатимся за щи-то. Наливай. Знатно оно с морозу-то. Зябко было. — Как не зябко! Погрейтесь. Работница поставила щи на -стол.' Где у нас гроза-то? Ай унялась? — спрашивали вошедшие со двора с фонарем возчики. —- На печке гроза-то. Оттуда гремит, — отвечала хозяйка. — Ну, ну! Гремит еще? Грозен. ~ Хозяин будет? обратились присяжные к хозяй ­ ке,. кивая на печку и залезая за стол. - Нету. Отец. Блажной — не приведи господи... - Н е х о р о ш с т а л о т е ц - в г р о б пора. Нажил доб- ра - теперь довольно! — ворчал старик - Вот он на вас, судей,больно сердит.