b000002179

— По делу так требовалось, — отвечал Петр. Строгий замолчал. Потом взглянул на ряд бутылок на столе и внимательно -посмотрел на Петра. Он хотел узнать, пил ли Петр, или нет. Что Вонифатий был выпи­ вши — он в этом не сомневался. Петр выдержал взгляд крестного, не изменив ни позы, ни выражения. — Али вы здесь и спите, и едите? — опять сурово спросил Строгий. — Как можна-а!.. Что ты, кум любезный! — обиделся Вонифатий. - — Мы два номера снимаем: один для себя, другой для барина — адвокатом при нас состоит... Пойдем к нам, — пригласил Петр. Пошли в номер, провожаемые, незаметно для них, подозрительным взглядом Короната Львовича. Номер был грязненький, но убран с претензией на барскую но­ гу: на окнах ситцевые гардины с крупными цветами, шторы; так ая же гардина отделяла спальню. Вместо увесистого старомодного дивана с клопами, неизбежно являющегося в номерах провинциальных гостиниц, сто­ яла кушетка, убранная, бахромой, и плетеные гнутые стулья. Н а небольшом комоде стояли два подсвечника с розетками. Н ад ним зеркало в гнутой раме, но грязное и засиженное мухами. Тем не менее, если бы кто за гл я ­ нул в душу Петра, он узнал бы, как приятно щекотала его самолюбие эта незатейливая обстановка. Когда Вонифатий Мосеич брался зажигать свечи своими коря­ выми руками, Петр всегда напоминал ему внушительно о розетках. Кровать была, хотя с очень плохим, но все ж е с байковым одеялом и матрацем. На ней спал Петр. Он ни на минуту не сомневался в бесспорном на нее праве. Вонифатий Мосеич, конечно, не только не помыш­ лял заявлять на нее какие-нибудь претензии, но даж е на кушетку садился всегда «с осторожностью», а спал около дверей, по-деревенски, подостлав баранью шубу. Строгий попрежнему угрюмо оглянул номер и сел к столу. — Выпить не хочешь ли? — спросил Петр. — Али денег много?.. Не надо! — отрезал Строгий. — С этою прокламацией денег не наживешь... Гля­ ди, и последние-то спустишь, — недовольно проговорил Петр, садясь по другую сторону стола и нервно поправ­ ляя салфетку. 238