b000002179

кой издевались многие, а смеялись почти все, даж е братья Волки, Ульяна Мосевна всегда стояла за него и защищ ала его. Теперь их еще больше связывали оди­ наково сердечные отношения к Петру. Почти с одинако­ выми чувствами в душе вступали эти два любящие су­ щества в избу Вонифатия. Когда наступили сумерки, с таким же одинаковым душевным настроением, опять вместе с Филаретушкой вышла от Петра Ульяна Мосевна. Еще суровее легли складки на ее лице. И если бы полупрозрачная мгла осенних сумерек не скрыла и не смягчила этих скла­ док, то, может быть, обитатель поселка, заметивши их, долго не уснул бы в эту ночь. Филаретушка, по своей обычной привычке, только нетерпеливо подергивал ко­ зырек и постоянно поправлял на голове картуз, как будто никак он не укладывался на его встревоженной голове. — Весьма хладнокровен он стал в настоящее вре­ мя, — повторил тихо Филаретушка, выходя от Петра, ту ж е самую фразу, с которою входил к нему. Ульяна Мосевна молчала. — Говорит: «Каков есть!.. Не взыщите... Надо по­ лагать, умные люди лучше нас знают, что хорошо!»— повторял внушительно вслух Филаретушка разговор Петра, как будто хотел навеки запечатлеть его в своей памяти. И тут же он обращался время от времени к Ульяне Мосевне за разъяснениями. — Что же, тетенька, неужели ж иных примеров и нет от умных людей? Думается, не должно так быть?— спрашивал он. — Не знаю, Филаретушка... Должно быть, для нас, мужиков, нет. Не про нас там палаты строены, не про мужичьи бока барские полати выведены. Нечего бы нам соваться-то туда... Д ля нас свои примеры есть. Слуша­ ли бы, как деды да прадеды жили, — вот и примеры. О т устоев-то бы дедовских не отбивались... — Говорит: «На погосте жить — не о всех ту­ ж и ть ...» ,— продолжал, как будто про себя, выговари­ вать Филаретушка. — Что же, тетенька, я так полагаю, что уж это, значит, как бы дело мирское... Вот мы с маменькой и дворовые люди, а век-то проживши вмес­ те с дергачевцами, как будто и со всеми сроднились... Вот теперь у соседей, в Комарах,, недавно я был: гля­ 320