b000002179

— Ну, и где ж это... в каких тоись местах?— опять допрашивал Вонифатий, сияя своею широкою бородой и уже заранее предвкушая тот эффект, который дол­ жен произвести его «умственный» сын знанием таких тонких столичных дел. — Капиталы произрастают? — Д а , да. — В банках. — Ну, ну... как? Рассказывай. Петр начал объяснять вообще хитрую механику бан­ ковых операций, и в особенности земельных банков, сначала,н е особенно удачно и д аж е как будто неохотно, но скоро одушевился: ему очень хотелось поразить сво­ ими познаниями сурового дядю, повидимому более дру­ гих скептически относившегося к нему. Но суровый дядя, лесной охотник, в совершенстве умевший подкря­ кивать уток и тетеревей и приходивший в детский во­ сторг пред каждым своеобразным проявлением лесной жизни, плохо понял, а еще хуже оценил развитие сво­ его племянника, несмотря д аж е на поощрительные под­ мигивания умилявшегося Вонифатия. В конце концов он такж е внезапно и молча поднялся, засунул трубку в карман штанов и вышел. А наутро, когда в Волчий поселок пришел послан­ ный от Короната Львовича и Вонифатий с Петром вне­ запно уехали, Вахромей вошел в келью Ульяны Мо- севны. Но в избе ее не оказалось. Он прошел к житни­ це, около которой собрались бабы и мужики поселка. Они пересыпали и провевали прошлогоднее зерно. — Ульяна здесь? — спросил Вахромей. — Здесь, здесь, — отвечали бабы. — Ульяна Мосев­ н а !— к р и к н у л и о н и в глубь житницы. — Вахромей Мо­ сеич тебя спрашивает. •— Слышу, слышу. Пока вылезала Ульяна из житницы, Вахромей, отво­ ротившись от присутствовавших, сердито смотрел вдоль дороги и д аж е на приветствие Клопа, участвовавшего в обшей работе, только сурово сказал: — Здравствуй! — Ты что меня, Вахромей Мосеич? — спросила, от- ряхяя с себя пыль Ульяна Мосевна. Нужно здесь заметить, что, преимущественно пред всеми, Вахромея всегда и все величали по имени и от­ 216