b000002179

лю два бревна, непременно вымолю... Скоблем вычищу, гладкие будут! А на веревки у меня старые вожжи есть. Вот ребятишкам утеха-то будет! Д а не то что моим только, всем голоштанникам. Тогда у моей избы отбою не будет ребятишкам-то, ровно воробьи к овсу налетят... Шуму-то! Шуму-то что! А славу-то какую разнесут! Это, скажут, нам все смирный Клоп предоставил, моду- то ввел! Умру — будут вспоминать!» Все эти обольстительные картины быстро пронеслись в его голове, как только ударил он, в знак окончания дела, по рукам с братьями Волками. И действительно, не прошло недели, как в Дергачах появилась первая качель перед избушкой Клопа. Н е­ чего и говорить, какое удовольствие доставила она зе­ леному населению Дергачей. Смирен, низкоросл, худ был сам Клоп, мала, едва поднимаясь от земли, в два крохотных оконца, была его избушка, малы были его ребятишки, — и такую ж е малую, словно игрушечную, вывел он пред своею избой качель. Г л а в а в т о р а я НОВЫЕ ЛЮДИ I — Ну, что, приедет? Верно? Нынче ждете? — Ждем... Надо бы нынче быть... — Здравствуйте! — быстро говорил, встретившись при входе в поселок с Вонифатием Мосеичем, жидень­ кий человек с худым, почти детским лицом, черты ко­ торого были как-то особенно обострены. Он был в фу­ раж ке и длинном демикотоновом разлетайчике, кото­ рый постоянно запахивал. — Он как отписывал? З а неделю до Покрова? — За неделю... — Ну, верно! Нынешнее число!.. Я уж высчитывал... Книжка такая есть — «Путеводитель» прозывается... У адвоката я ею одолжился... Вот я сейчас... Худенький человечек полез сначала в один карман 175