b000002178

взяв меня опять за руку, он быстро потащил меня вон из залы по лестнице. Прошли долгие дни какого-то томительного и на- пряженного ожидания; «важные гости» нашего зальца мало-помалу сокращались, а «неважные гости» тоже почему-то вдруг исчезли. И отец, и ополченец, и мы, и все кругом, как мне казалось, чего-то ждали. Мне все представлялось еще, что где-то, в какой-то огром­ ной зале идет шумная и напряженная борьба, откуда- то глухо несутся ее отклики, и все ждут, с боязнью и страхом, когда и чем это кончится. «Великий праздник» наступил. Но когда я уже начал не только смутно чувство­ вать, но и понимать все, что совершилось вокруг меня,—в жизни и моей, и батюшки с матушкой, и «маленького дедушки», и всего нашего «старого дома», и всей Фимушкиной деревни, и вместе с нами многих-многих других,—наступил глубокий кризис.