b000002178

никому... Это бог знает что такое!.. Все мы... пони­ маете?.. все мы должны... Бутенко заикался, заминался, не находил слов. Де­ ма смотрел во все глаза на Бутенко и, казалось, так же мало понимал его речи, как мало понял Бутенко его «панораму», смысл которой был так ему понятен и дорог. Бутенко, так и не кончив своей речи, опять сел в кресло и замолчал, по-прежнему нервно перебирая дрожащими пальцами часовую цепочку. А Дема в изумлении продолжал смотреть на Бутен­ ко, решительно не зная, почему он так испугался. «Стало быть... стало быть, это —не он!»—мелькнуло в голове Демы. Дема еще несколько раз взглянул искоса на Бу­ тенко —и ему как будто стало даже жалко его. — Пока прощения просим... И извините,—тихо проговорил Дема и, едва ступая на носках и кланя­ ясь, выбрался из квартиры Бутенко. «Стало быть... это не он!» —решил окончательно Дема. Дема шел домой уже далеко не так важно и тор­ жественно, как прежде. Войдя в свою камору, он прежде всего встретил сердито-пытливый взгляд возбужденного Липатыча. — Где был? —сурово спросил Липатыч. — В церковь сходил,—отвечал Дема, снимая осторожно свои парадные одеяния. — А еще где? — А еще... к нему заходил. — Так я и знал! —раздраженно проворчал Липа­ тыч,—Ну и что ж ты ему говорил? — Все говорил... То и говорил, что вы мне в поле говорили. Вот все это и говорил... А больше ничего не говорил... Мое дело сторона. Я ежели и говорил про себя —так одно, что надо быть справедливым, особливо старым людям... Вот это говорил. — Ну и что ж он? —промычал Липатыч, скрывая за сиплым басом охватившее его волнение. — Что ж он!.. Стало быть... стало быть —это не он, Вавила Липатыч... Так думать надо —ошибка вышла.