b000002178

он так страшно сознает ответственность, которую во­ зложила на него судьба!.. И ей казалось, что и у него, должно быть, замирает сердце, —у этого большого че- ловека, как и у нее, слабой, худой, бессильной де- вушки. Потом быстро проносится в ее голове другая карти­ на. Сырая, холодная квартира в одном из узких пере- улков Выборгской стороны (тогда они еще жили там). Все они теснятся в одной маленькой полутемной ком- натке, потому что две соседние сдают жильцам. Ве- чер... Побединская возвращается с урока. У ворот дома с чём-то возится народ: это привезли ее отца, в про­ дранном пальто, растерзанного; его тащат дворники во двор, вот его вволокли в их комнату и положили на старый, провалившийся диван... И первая мысль, которая пробегает в голове Нади, это —мысль скверная. Господи, когда же будет ко- нец?.. Несчастный неудачник измучился сам, измучил других и падал все ниже и ниже... Наутро он лежал уже на столе под образами. «Это он от меня погиб... Зачем я их всех завлекла сюда?.. Он понадеялся на мои убеждения, что его здесь лучше оценят... Я сама верила в это искренно. Но как же я могла иначе?.. Отчего он не дожил?.. Вот уж... скоро... конец... Вот еще последние шаги, по- следние...» Побединская стояла уже у госпиталя. Она отворила массивную дверь. На нее хлынул знакомый шум, ряд воспоминаний моментально оборвался и потонул в со­ вершенно новом, другом круге представлений, интере- сов, идей. V По широким коридорам и пустым палатам были рассеяны своеобразные группы студенток. Одни кого- то слушали, другие горячо разговаривали, третьи по- спешно списывали программы и расписание экзаменов. — Господа! —крикнула одна высокая студентка, с черными кудрями девушка, поднимая кверху сверток лекций,— Господа! Кто идет к Р.? У него сегодня