b000002178

цию всех местных кустарей-рабочих устройством са- мостоятельных складов для сбыта изделий, минуя по­ средство скупщиков. Говорят, это было самое оживлен­ ное время для «города рабочих». Большинство насе- ления, не говоря уже о лицах, так искренно и безза- ветно нреданных делу артели, как Ножовкин, жило самым радужным ожиданием; они были уверены в гро­ мадной экономической выгоде для кустарей от такого предприятия; в главных центрах России были устрое­ ны артелью собственные склады, по стогнам и весям ходили всюду свои, артельные, ходебщики; выхлопота­ на была на операции по первому обороту субсиди . Но дело, по прошествии нескольких, очень немногих лет, стало быстро чахнуть и еще быстрее угасло сов­ сем, оставив после себя какой-то чад и угар, надолго отуманивший головы и набросивший подозрение на самую сущность испорченного дела. Тем интереснее было узнать мнение обо всем этом деле такого челове- ка, как Ножовкин. Но только что заговорили об артели, как Ножовкин насупился, замолчал и, отвернувшись к станку, стал работать. Зато вместо него, тотчас же близко принял к сердцу это дело Перепелочкин. — Вот дело было!.. Ах!.. Малина дело —одно сло­ во!.. То есть такое дело, что, кажись, нашему благопо- лучию и конца-краю видать не было!.. Только бы, братец, тогда живи себе да поживай по-божьи, честно, благородно. — А вот не пошло, —заметил Попов, —не пошла машина-то, не принялась. — Не пошла, верно, не принялась, братец! Вот те и поди... И бог ее знает отчего! А уж такое дело... Просвет, кажись, на всю жизнь увидали. — Не учась, ничего не сделаешь,—проговорил По­ пов,—и верно говорят, что все лопнуло от неуменья, от лености, что народ привык только работать на дру- гих, что он не может вести свое дело, не может под­ держать настоящий контроль, нет ни выдержки, ни стойкости... Оказывается, что для народа скупщик необходим, что он без него двинуться не может, про- падет, потому что скупщик —естественный, бывалый, знающій посредник между кустарем и рынком.