b000002178

— Ах, боже мой! —с грустью и торопливо пере­ била его жена, —Неужели до сих пор ты не можешь понять, что я не хочу тебя обидеть?.. Ведь я понимаю, знаю все... чего тебе это стоило... Но я истерзалась, глядя на тебя!.. Вот уже полгода, как картина на выставке, и... у нас уже все заложено, кредиторы не дают покоя тебе... Дети... Ведь ты не можешь забыться, ты сам мучаешься... — Лида! —заговорил муж.—Ты безжалостна... Три тысячи, только три тысячи —за три года упорного труда, страстного напряжения... Ты знаешь, я в нее по- ложил всего себя... Мне уж скоро стукнет сорок. Надо же когда-нибудь было сделать что-либо капиталь­ ное... Бог весть,—сделаю ли я что-нибудь еще луч­ шее!.. Три года! Ты знаешь, мы перебивались кое-как, и ты, и дети —всем жертвовали... У нас долги, у нас все прожито... И за все это —три тысячи! Только три тысячи —и ты говоришь: много!.. Да пойми ты, ра­ дость моя, если мы получим эти три тысячи, то после- завтра... послезавтра у нас уже не будет сотни рублей, а мы успеем покрыть едва половину долгов!.. О, Лида, если б я взял за нее даже пять тысяч с них,—у меня не дрогнула бы рука!.. Притом, Лида, мне как-то все еще жалко с ней расставаться,—с особой нежностью заговорил художник, садясь рядом с женой и пожимая ей руку, словно умоляя о чем-то,—на выставке —она еще моя, ее видят еще все. Я каждый день бегаю смотреть... Мне так дорога каждая деталь... Ведь на каждую эту деталь потрачено столько муки, восторга, чувства и мысли... И все это продать, продать свое дитя чтобы уже никогда не видать его больше!.. Жена тихо и молча, вместо ответа, пожала, в свою очередь, мужу руку и, вздохнув, вышла в соседнюю комнату на плач проснувшегося ребенка. Художник долго сидел молча, в том же положении, и смотрел в передний угол, на пустой мольберт, на котором некогда так долго стояла его любимая картина. И вот деталь за деталью вставали в его воображении: и лик Христа, строгий и величественный, но вместе полный неизъяс­ нимой нежности к собравшейся вокруг него группе матерей с детьми; целый цветник детских головок, разработанных в самом тщательном, строгом и высоком 13 Деревенский король Лир