b000002178

общину-волость (не смешивайте только с администра­ тивной современной волостью) из семи-восьми дере­ вень, с общим количеством до тысячи душ одного мужского пола, владел в прежнее, крепостное время с о о б щ а полями, лугами, лесами, пожнями и пусто­ шами; кроме общей «барской межи», отделявшей вла- дения их помещика от соседних, угодья нагорного мира не знали никаких границ, никаких столбов и ям. Общины-сестры, связанные общим союзом, вместе под­ нимали барскую и собственную «тяготу» жизни, тяну­ ли за общий страх и риск. В распорядки их внутрен­ ней жизни никто не вмешивался; «прямой и точный смысл закона» им был неведом; народная «общинная совесть» могла жить рядом с «совестью барской», и если эта барская совесть «вносила соблазн», то только порывами, налетом; он мог быть, но при случай­ но благоприятных условиях мог и не быть. Эти бла- гоприятные условия существования для нагорного мира дольше, чем у их соседей, и вот почему дольше. Нагорный мир апеллировал во всех своих распорядках исключительно к одной народной, общинной совести. Ежегодно, в известные сроки, сходился весь нагорный мир в одну из деревень (считавшуюся родоначальни­ цей всех прочих, так как время заселения терялось во мраке веков) и здесь производил дележ и равнение своих общеволостных «угодьев». Сначала он разбивая себя на семь-восемь «вытей» по числу общин, равняя их по душам. По этим вытям уже разбивал «жеребьев­ кой» все угодья и леса, и луга, и даже поля (хотя последние в более продолжительные периоды пере- делов, от 3—5 лет). Все уравнивалось в «вытях» по самой строгой справедливости. Затем каждая выть, как самостоятельное целое, вела свои собственные рав- нения, сообща рубила и охраняла леса, косила луга, отправляла повинности. Эта же строгая общинная организация держалась и во всем; принцип равнения общей работы и взаимопомощи был строго проведен чрез всю общеволостную жизнь. На случай пожаров — все выти обязывались выбегать на пожарище, рубить лес, ставить избы погорельцам... и проч., и проч. Мы не будем здесь вдаваться в эти подробности... Об этом когда-нибудь мы еще будем говорить в своем месте.