b000002178

Если вы перед пасхой (когда пасха поздняя) или на Фоминой неделе (если пасха ранняя) попадете на дере­ венский сход, когда идет обычное «распределение» земли и «свалка и навалка душ» перед началом поле- вых работ, вы увидите очень часто такую сцену. На завальнях Старостиной избы сидят «старики» домохозяева, воротилы деревенского мира. Перед ними собирается кучка баб, обыкновенно вдов, ребят, сирот и бобылей. Все это ждет своей части мирской земли, если такой много у мира, или же спешит «свалить с себя» надел, если такого у мира мало, а подати тяжелы и велики. Среди этой кучки вы заметите и будущую «девку с душой». Это —обыкновенная крестьянская девка, здоровая, мужиковатая, грубая, некрасивая. После смерти матери осталась она одна при старике отце. С десяти лет она уже тянула с отцом тягло, как и настоящий мужик. И лето, и зима были сплошным, бесконечным временем труда; этого труда было так много, что девке некогда было уже задуматься о «друге сердца» и она не успела завоевать себе мужа. Да и деревепские джентльмены больше склонялись считать ее скорее за товарища, чем за «друга сердца»; они уже слишком запанибратски хлопали ее по спине, так как вполне были уверены, что она им ответит тем же. Теперь она стоит пред сходом, сложа руки под фартуком, подвязанным выше грудей, и равнодушно ожндает «решенья стариков». — Ну, что, Паранька,—спрашивают ее старики,-- как будешь без отца жить? — Жив бог —жива душа моя! —кричит Паранька, не моргнув глазом. — Бог-то жив, да ты душу-то осилишь ли? — А чего не осилить! — И хозяйство вполне поведешь? — А чего не повести! — И повинности оправишь? — А чего не оправить! — И подати подымешь? — Да чем я супротив вас не вышла? Али что боро­ ды длинные, так вам и честь? — Ловко, ловко! —подхватывают весело зрители.