b000002178

просит нас отпустить старика: «Потому, что ж вам его держать попусту? При вашем деле он не нужен... Сов- сем уж старичок негодный человеком стал... Вы уж со мной его отпустите в деревню. Ему там милей будет». И старик с дочерью пешком поплелись в свое село». Приехал я в Большие Прорехи уже к вечеру. На деревенской улице царил полумрак, тот таинственный полумрак, когда еще на северо-западе горит оранжевая полоса зари и на востоке уже мигают чуть яркие звез- ды. В воздухе было свежо и сыровато; чувствовалось, что, того гляди, ночью ударит мороз. Пастух, собираясь в «ночное», плотно закутывался посредине улицы в большой мирской нагольный тулуп; кое-где у изб сиде- ли мужики в ожидании, когда бабы зажгут в избах огни и приготовят ужин. Мне пришлось проезжать как раз мимо «дворца» Чахры-барина, и я велел оста­ новить лошадей. У избы лежало большое, недавно срубленное, све- жее бревно, которое тотчас же обдало меня крепким смолистым запахом. На бревне сидели две-три фигуры. Подойдя к ним ближе, я узнал в одной из них больша- ка-сына Чахры-барина с большою рыжею лохматкой. — Опять к нам, господин, заглянул? —сказал он, по обыкновению, с добродушною улыбкой во все лицо, приподнимаясь с бревна. — Да. Опять... А вы как живете? — Ничего... Живем... Хозяйству вот по домашнему обиходу нонешнее лето... — А дед где? — Дед-то? Приятель-то твой?.. Али взыскался? — Да, хотел бы повидать. — Так, так... Он тебя любил... Ну, только, грешным часом, померши он. — Умер? Давно ли? — Померши... Так тебе сказать, около петрова дня будет... Померши, померши... — С чего же это он? Ведь он еще не очень был стар? — Точно... Где бы еще умирать!.. Еще годков пять за печкой посидел бы... Господь с ним! Еще годков бы пять лапти проковырял. И большак закатился своим обычным добродуш- 13 Деревенский король Лир