b000002178

старики, потолковали и вынули из онуч заветные пла- тинки, где-то, когда-то сообща полученные ими за ар­ тельную работу. «На,—говорят,—Онуфрий, неси ему, брось...» Берет Онуфрий, идет к барину и думает: «Жалко платинки! Много ли обождать? Вот вернемся с заработков —отдадим, не зажилим... Зачем плагинке пропадать, а старикам на последнем конце их жизни огорчаться? Ай, не отдам я барину платинки! Пере­ терплю, а не отдам!» И вот пока входит Онуфрий на барское крыльцо, он решительным жестом засовывает стариковские платинки в голенище сапога. Известная сцена: «Оброк!» — «Ваши рабы...» —и поклон в ноги... Бац, бац! А тут барынька, тихая заступница, вышла и говорит: «Не бей их, не бей, милый!» —и за руку его увела за дверь. Слышно, кричит он на нее там, но­ гами топает. А я стою: «Не отдам я тебе стариковские платинки! Перетерплю, а домой старикам назад при­ несу». Думаю так-то, жду... А она опять вышла, тихая заступница: «Ступай,— говорит,—я велю тебе и пас- порт выдать... Вернешься с заработков — не забу­ дешь!» Тихая барынька, заслужила она перед богом! Мужицкое горе за нее молить»,—кончает Онуфрий. Красный маленький нос его еще больше краснеет, а правый слепой глаз начинает чаще и чаще мигать. А вот за платинной следует длинная повесть о хло- потах по возвращению неправильно сданных в солдаты сыновей. — Еду!.. Помолился —еду! Справку эту самую метрическую от попа крепко-накрепко держу. Приез- жаю в город,—прямо к набольшему. «Врешь,—кри­ чит,—врешь, мужичишка!.. Провести хочешь! Взятку хочешь дать?.. А я не возьму! Слышишь, не возьму! Не возьму!» Затрясся я весь, в ноги: «Не прикажи казнить, твоя милость, прикажи бумажку рассмот- реть». Взял. «Жди»,—говорит. Жду день, другой, третий, с лошаденкой, в городе-то, значит... А самому думается: «Поздно! Ой, запоздаю! Сыны мои, запоз­ даю!» Чудится, везут уж их, забрали. Ждать не станут! Повернут дело в деревне скоро, коли узнали, что я та­ кую прыть взял... Жду, братец, с лошаденкой... Неделю прожил, а все нет решенья... Ни себе, ни лошаденке кормиться нечем стало... Взял этто я лошаденку за