b000002168

Была осень. По одной из крайних улиц Песков в Пе­ тербурге, грязной и вонючей, торопливо шла девушка лет двадцати трех, в черном платье, стареньком драпо­ вом пальто, поношенном пледе и черной шапочке. Мелкий дождь, перемешанный с снежными хлопьями, застилал воздух. Утро было серо, холодно, мрачно... Девушка при- о становилась, вынула наскоро з а писку из кармана, взглянула р а списание лекций и ча сов уроков, затем по­ смотрела на поношенные, обтертые никелевые часы — и маленькими шагами еще быстрее продолжала путь. Часы показывали всего четверть девятого. Девушка шла по направлению к Николаевскому госпиталю, куда в то время только что были переведены женские медицинские курсы. Девушка была студентка. По устремленным бес­ покойно вперед взглядам, по лихорадочной торопли­ вости, по всей той напряженной заботливости, которая замечалась во вчем ее существе, было - очевидно, что ей надо куда-то торопиться и что эта торопливость стала для нее настолько обычной, необходимой, что придавала какой-то очобый типичный отпечаток всей ее фигуре, по­ ходке, жестам и д аже костюму. Впрочем, как ни озабочена была эта девушка, сего- дня, ка залось, мычли ее сосредоточены были на чем-то далеком не только от лекций, грязных улиц Песков, длинных казарм Николаевского госпиталя, от уроков с ленивыми и прилежными учениками и ученицами, но д а ­ же от выпускных экзаменов, которые уже должны были начаться скоро. Вот ей встретились гимназистки, торопившиеся в классы, и одна из них почему-то особенно обратила ее внимание. Она приостановилась, посмотрела ей вслед и улыбнулась. «Это, должно быть, семиклассница,— подумала она.— Мне кажется, я была очень похожа на нее в то время, там, в нашем городишке... Та же неопределенная торопливость куда-то, тот же блуждающий взгляд и то же наивное неведение своего пути, целей, сил... Господи! И вот еще пролетело пять лет... И каких еще лет! Какой горизонт вдруг открылся передо мной, какая масса но­ вых, неожиданных впечатлений! Какая жизнь, о которой