b000002167

3 5 0 КАКЪ ЭТО БЫЛО . имъ слова ласки и одобренія; она подхо- дила къ больнымъ и утѣшала и ободря- ла ихъ. Но вотъ она опустилась среди группы сидѣвшихъ и лежавшихъ матерей—и раз- дался ея чудный ласкаюіцій голосъ... Что это такое? Гдѣ, когда я слышалъ этотъ голосъ? Гдѣ, когда видѣлъ я это милое лицо? спрашивалъ я себя въ не- вольномъ волненіи и смущеніи, которое я ничѣмъ не могъ объяснить. А она говорила... Е я добрые глаза сіяли ровнымъ, веселымъ, полнымъ без- завѣтной надежды и вѣры свѣтомъ. Ея голосъ звучалъ, какъ мелодія, несшаяся изъ того таинственнаго, чуднаго „буду- щаго“, куда уносила насъ роковая сила. И вотъ около нея все болыне и болыпе растетъ, расширяется тѣсно сомкнутый кругъ слушателей: казалось, волшебной силой она единила вкругъ себя всѣ эти простыя, наивныя души тружениковъ, и здѣсь исчезало вблизи ея все, что только за минуту передъ тѣмъ могло разъединить ихъ: не было здѣсь ни эллина, ни іудея, ни раба, ни свободнаго... Вотъ я вижу—здѣсь уже стоитъ вблизи ея и чутко внимаетъ ея словамъ и бѣдная вдова съ юношами и дочерью; и, вперивъ въ нее жадные взгляды, какъ нектаръ, ньетъ каждое ея слово чудная „дива“ искусства; и сжавъ губы, боясь, чтобы не вырвалось изъ груди безумное слово восторга, пожирая ее воспаленнымъ взо- ромъ, стоитъ въ отдаленіи полубезумный юноша - импровизаторъ; и, почтительпо склонивъ свою многодумную сѣдую голо- ву, молча внимаетъ ея рѣчамъ старикъ- математикъ. Я чувствую, какъ непонятное, неудер- жимое волненіе охватываетъ меня съ каж- дою секундой: я чувствую въ ней что-то близкое, кровное—мое, дорогое... — Кто? кто она?— спрашиваю я, не въ силахъ удержать свое волненіе:—0 , ска- жите мнѣ!.. — Это—любовь,—отвѣчаламнѣ бѣдная крестьянка, закачивая ребенка. — Это—свобода!—сказалъ восторжен- ный юноша. — Это — мысль! — проговорилъ сѣдой старикъ въ черной шляпѣ. И въ это мгновеніе она взглянула на меня. — Дочь моя!.. Это ты, ты!.. вскрик- нулъ я, хватаясь за сердце, которое, ка- залось, перестало биться: — Ііо вѣдь ты погибла? ты померла?.. Она отрицательно покачала головой, и тихая, свѣтлая улыбка засіяла на ея лицѣ... Я схватилъ ея руки, мои слезы неудер- жимо обливали ихъ ... Я проснулся... Мой маленькій, сырой и холодный номеръ былъ все тотъ же, но... но мнѣ былр въ немъ тепло иуютно. Я подошелъ къ окну: въ него несся тотъ же шумъ мятущейся суеты болыного го- рода, но онъ не леденилъ меня: сквозь этотъ шумъ я слышалъ, различалъ див- ные звуки небесной мелодіи... Я былъ тотъ же бѣдный и дряхлый старикъ, но... я не чувствовалъ себя одинокимъ: со мной была опять моя мечта. 1 8 9 0 -9 5 г.г.