b000002167

ГЛАВА III. ОБИТАТЕЛИ МАХОРСКОЙ КОЛОНІИ. 23 путаціей котораго онъ дорожилъ болыпе всего на.свѣтѣ , и не упускалъ случая выставить личность старпка въ наивы- годнѣйшемъ свѣтѣ, не препебрегая да- же, какъ замѣтно, украшеиіями изъ об- ласти своей личной фантазіи. Чуйка приставилъ козырькомъ руку къ глазамъ, посмотрѣлъ по направленію пыльной дороги, затѣмъ моментально юрк- нулъ въ одинъ сарай, потомъ въ другой, подбѣжалъ къ амбару, освидѣтельство- валъ засовъ, притворилъ калитку дома, погладилъ мимоходомъ лежавшаго пса, тутъ же кстати успѣлъ подразнить обид- чиваго индюка и, наконецъ, вновь по- смотрѣлъ изъ-подъ ладони на дорогу. — А вонъ и они-съ, господинъ май- оръ! Чуйка еще разъ гюказалъ фуражкой по направленію къ ѣхавшему вдали эки- пажу и бросился отворять ворота сарая. Черезъ нѣсколько минутъ въѣхалъ въ проселокъ знакомый майорскій экипажъ, плетушка изъ обыкновенныхъ ивовыхъ прутьевъ, поставленная на легкія дроги; въ плетушкѣ сидѣлъ майоръ и осторож- но и внимательно правилъ здоровой, ко- ренастой лошадыо. Едва лошадь остано- вилась у сарая, Чуйка обязательно вы- садилъ майора, поддержавъ его подъ ру- ки, и затѣмъ ввелъ лошадь въ сарай. Майоръ, въ старомъ военномъ плащѣ и фуражкѣ, храбро постукивая своими пли- совыми сапожками и грозяо-добродушно поглядывая, изъ подъ нависшихъ сѣдыхъ бровей, сѣрыми безцвѣтными глазками на стоявшихъ у крыльда мужиковъ, по- дошелъ къ нимъ и крикнулъ свое обыч-. ное военное привѣтствіе: „здорово, ребя- т а !“ — Здравія желаемъ, ваше сіятель- ство!—отвѣтили, ухмыляясь въ широкія бороды, „свойскіе мужики". — Зачѣмъ майоръ пуженъ, молодцы?— спросилъ онъ, обращаясь къ пришлымъ. — Да мы вотъ, ваше сіятельство, какъ, значитъ, наслышаны объ вашей ми- лости... — Ладно, ладно! знаю, что наслы- шаны... Про майора худо не говорятъ... Объ землѣ? — Такъ точно. Объ чемъ больше, какъ не объ ней. Мужики всѣ вразъ что-то заговорили, стараясь возможно почтительиѣе и опре- дѣленнѣе объяснить майору свое дѣло. — Смирно!—крикнулъ вдругъ майоръ командирскимъ голосомъ,—слушать коман- ды! Объясняй, когда команда будетъ! Отойди къ сторонѣ! Пришлые мужики совершенно растеря- лись при такомъ оборотѣ дѣла и носпѣ- шили сбиться въ кучу за крыльцомъ. Въ это время подошелъ я. — Что вы все воюете въ мирное вре- мя?—шутя спросилъ я его. — А! Здравствуйте!... Иначе нельзя-съ: форма и дисциплина, батюшка, давали направленіе великимъ событіямъ. Не будь ихъ, былъ бы хаосъ... и я бы ничего не могъ сдѣлать, если бъ не придержи- вался этого принципа... Вамъ что?—об- ратился онъ къ „свойскимъ“ . — Мы, ваше сіятельство, по командѣ,— снова улыбаясь въ бороды, отвѣчали они. — Ермилъ ІІетровъ, доложи! — Мы, ваше сіятельсгво, какь зна- чится,—началъ тяжелой поступью свою рѣчь Ермилъ ІІетровъ:—какъ мы изво- лили вамъ тогда докладывать, выходитъ, что ежели касательно... — У Морозова были? — Это, значитъ, у Петра Петровича Малова? — ІІу, да. — Были-съ... Ну, только упирается, послалъ къ вашей милости... говоритъ, что эти дѣла ему не подъ стать, а ва- шей милости въ самый разъ. — „ЬІашей милости!" Бѣлоручки! уче- ные!—выкрикивалъ майоръ,—нашей ми- лости—мужицкія бороды, а имъ—вели- кія дѣла! Наполеоны! - Ступайте къ нимъ!— крикиулъ майоръ, сверкая глаза- ми и теребя сѣдой усъ :—налѣво кру- гомъ, маршъ! — Ваше сіятельство!—загалдѣли му- жики,—это вамъ Ермилъ сглупа нагово- рилъ! А вы извольте, ваше сіятельство, прислушать... — Слушать команду!—крикнулъ май- оръ :—отойди къ сторонѣ! Мужики отошли. Молчаніе. — Ирошу васъ въ мои апартаменты,— пригласилъ меня майоръ, показывая ру- кою на дверь.—Я пошелъ, но, обернув- шись, замѣтилъ, какъ майоръ вдругъ по- чти сбѣжалъ съ крыльца къ мужикамъ и заговорилъ съ самой плачевнойминой... — Голубчики! подождите! Усталъ я, ей-Богу усталъ... ІІовѣрите ли, во рту пересохло. Я только позавтракаю, рю- мочку-другую пропущу... Авыприсядьте!