b000002167

2 1 8 С К И Т А Л Е Ц Ъ . дѣвочекъ-иянекъ; попадались уже и са- мые старинные старики, такъ уже и не распрямившіе своихъ спинъ, все съ тѣмъ же классическиыъ выраженіемъ спокой- ной покорности раскланивавшіеся со всѣ- ми встрѣчными. Вотъ она, можетъ-быть и ужасная, но все же милая старая по- эзія, сама такая робкая, пугливая, без- сильная, но такая добрая и задумчиво- грустиая! Затѣмъ у барскаго дома встрѣтившая- ся старуха „сразу признала“ , по ея сло- вамъ, „стараго ’барина“ , хотя, впрочемъ, послѣ того уже, какъ ей прямо заявилъ Русановъ, кто онъ. Однако, старушка, всплеснувъ въ умиленіи руками о колѣ- ни и всплакнувъ, куда-то убѣжала и ис- чезла. Наконецъ, въ -третьихъ , кое-какъ ра- зысканный съ помощыо ребятишекъ ста- роста, еще молодой мужикъ, стоялъ предъ Русановымъ безъ шапки, но не столько почтительно, сколько растерянно. — Что же, могу я пока помѣститься въ барскоыъ домѣ? — спрашивалъ Руса- новъ. — Не могу знать-съ,—отвѣчалъ старо- ста ,—потомукакъ теперь училище тутъ ... — Кто же здѣсь распоряжается имъ? — Да у насъ все Артамонъ Матвѣ- ичъ ужъ тутъ хозяйствуетъ, да учитель... Ну, только теперь ихъ нѣту, по лѣтне- му времени... — Такъ какъ же съ этимъ быть? — Какъ вашей милости будетъ угод- но... Прикажете ежели отпереть... -— Ну, хорошо. Отопри.Я пока помѣ- щусь здѣсь. — Слушаю-съ. Однако, дѣло все еще далеко не до- стигло благополучнаго коица. ХотяРуса- нова и впустили въ барскій домъ (нѣкогда подаренный имъ подъ школу) и староста предупредительно растворилъ закрои у оконъ, но Русановъ могъ видѣть въ окно, какъ посланные за ниыъ въ догонку „пид- жаки“ изъ Новаго Приклона энергично атаковали старосту и привели его въ та- кое недоуыѣніе, что онъ половину закроевъ такъ и оставилъ полуоткрытыми. Затѣмъ и пиджаки, и староста куда-то скрылись, и только уже когда явившійся урядникъ окончательно удостовѣрилъ, что всѣ тре- буемыя ІІовымъ Приклономъ законныя предосторожности были выполнены, Руса- новъ могъ спокойио осматривать свой ста- рый домъ и, если желаетъ, предаться пріятиымъ воспоминаніямъ о прошломъ. Русановъ, дѣйствительно, ыедленнопере- ходилъ изъ комнаты въ комнату. Въ пу- стомъ домѣ было сыро, темновато и затхло; свободныя парты вверхъ ногами торчали, придвинутыя къ стѣнамъ. Вездѣ было голо и пусто, и только въ прежней гостиной, гдѣ десять лѣтъ провелъ сидя, поджавъ на кровать ноги, худенькій генералъ-ыа- сонъ, сося кусочки сахару,—теперь ви- сѣлъ на стѣнѣ большой портретъ, писан- ный масляными краскаыи. Русановъ оста- новился и долго, приста,льно смотрѣлъ н& него. Это былъ портретъ Артамона К а- банова. Съ большою черною, съ просѣдыо^ бородой, съ выпяченныыиглазами, съ про- бороыъ по серединѣ лба и медалыо на вы- гнутой груди, онъ сидѣлъ съ такимъ на- пряженнымъ выраженіемъ на лицѣ; съ какиыъ обыкновенно сидятъ и стригутся люди въ цирюльнѣ. Трудно сказать, ка- кой идеей руководился художникъ, но не- сомнѣнно, что онъ представилъ фигуру, которая всѣыи своиыи деталяыи „перла. въ пространство, ни на что ни взирая“ . Ру- сановъ улыбнулся и подумалъ: „А что-жь? Можетъ быть, оно такъ и слѣдуетъ... Процессъ жизни!“ Осмотръ барскаго дома, несмотря на помѣщенную въ немъшколу и на портретъ ея попечителя, мало утѣшилъ Русанова. Когда онъ усѣлся за самоваръ, обязатель- но приготовленный для него старостой, а остался одинъ, его вновь охватило то же гнетущее чувство безпомощности, безсилія и глухого, жуткаго одиночества, которое- онъ испытывалъ нѣкогда въ этѳыъ же доыѣ, десять лѣтъ назадъ, въ виду еще только первыхъ тріуыфовъ торжественнаго вступ- ленія въ жизнь прежняго его крѣпостного крестьянина Артамона Кабанова. Попрежнему, ырачная тишина царила въ доыѣ, и Русанову казалось даже, что еще теперь въ гостиной стоитъ гробъ со- старыыъ дядей-масономъ въ шитомъ золо- томъ генеральскомъ ыундирѣ и сурово- смотритъ на портретъ Кабанова тѣмъ же началышчески - неукоснительнымъ взгля- домъ, какимъ, нѣкогда, вѣроятно, Суво- ровъ съ вершины Альпъ посматривалъ на Европу. По прежнему, со стороны сада, липо- вые сучки тоскливо бились въ окна, за- стилая солнечный свѣтъ. И вотъ, попреж- нему, тутъ же одинокимъ сидѣлъ мелан- холическій потоыокъ стараго дворянскаго гнѣзда, опустивъ на грудь свою посѣдѣв- шую голову. Вдругъ скрипнула дверь и, несыѣло и