b000002167

СЕМЬЯ КРЕМЛЕВЫХЪ. 185 (Русановъ такъ много видѣлъ вблизи себя юныхъ существъ, такъ часто нриходилось «му имѣть дѣло съ ихъ нѣжной, нено- ■средственной натурой, что, не говоря еще съ Конрадомъ ни слова, по однимъ взгля- дамъ, по жестамъ, по пріемамъ, по но- ходкѣ, въ особенности по неуловимой ро- бости, скрытой подъ видимымъ желаніемъ казаться развязнѣе и старше,—робости, соединенной съ уваженіемъ, Русановъ уже догадывался, каковъ долженъ быть этотъ юноша, и онъ заговорилъ съ нимъ тотчасъ же, безъ принужденія, свободно, лишь только отецъ отсталъ позади). — Вы въ университетъ или въ какое- нибудь спеціальное высшее заведеніе?— спросилъ Русановъ. — Да, я лично предпочелъ бы универ- си тетъ ,—отвѣчалъ юноша, дѣлая лишній шагъ, чтобы поравняться съ Русано- вымъ. — Впрочемъ, это будетъ зависѣть отъ того, что скажутъ мнѣ здѣсь... братья или, вообще, тѣ, мнѣніемъ которыхъ я дорожу, —выговорилъ Конрадъ. — Почему же вы уваясаете именно мнѣ- ніе братьевъ? — быстро спросилъ Руса- новъ, какъ будто этотъ вопросъ лично касался его, и взглянулъ въ открытое, лрямое, нѣсколысо даже излишне-серьез- ное лицо юноши. — Потому что я привыкъ ихъ ува- жать. Они лучшіе люди изъ всѣхъ, кого я встрѣчалъ... ІІрежде я получалъ отъ нихъ часто письма, хотя въ послѣднее время я рѣдко ихъ видѣлъ... Притомъ, если бы не они, то... Юноша не договорилъ, какъ будто боясь для перваго знакомства высказы- вать слишкомъ грубыя и рѣзкія веіци. - А товарищи у васъ здѣсь есть? — спросилъ Русановъ. — Товаршци есть, но друзей нѣтъ... Я жилъ въ губернсвомъ городѣ у класс- наго наставника, какъ въ пансіонѣ или <5урсѣ, и жилъ больше замкнуто... Мнѣ не нравилась эта жизнь... Я считалъ это время ученія очень тяжелымъ для себя,обя- занностыо во что бы то ни стало получить аттестатъ зрѣлости... Любилъ я только одного отца и нашу усадьбу... Это было лучшее время, когда я пріѣзжалъ домой. Юноша говорилъ такъ просто, что Ру- сановъ сразу полюбилъ его и тотчасъ, по привычкѣ, невольно подчинился тому влеченію „сблизиться“ съ юношей, кото- рое охватывало его постоянно, когда онъ встрѣчался съ тѣмъ, что онъ называлъ „натурой“. — Если у васъ нѣтъ здѣсь друзей,— сказалъ онъ съ искренней сердечностыо,— вы, пожалуйста, приходите ко мнѣ... къ намъ... Надѣюсь, сообща мы ихъ сы- іцемъ... Вы тамъ встрѣтите кое-кого изъ сверстниковъ... У насъ раньше было мно- го ...— заикнулся было Русановъ, но оста- новился, и легкая тѣнь горечи и скорби прошла по его лицу. Онъ какъ будто даже испугался своего нриглашенія. „За- чѣмъ еще?“ подумалъ было онъ. Но, взглянувъ на юношу, повидимому, успо- коился и спросилъ: — Я—Русановъ. Вы меня не знаете? — Нѣтъ, знаю. Я васъ видѣлъ одинъ разъ у насъ въ деревнѣ. Я былъ еще очень малъ, но запомнилъ, потому что братья мнѣ не разъ послѣ писали и го- ворили о васъ ... Вѣдь, вы, кажется, от- казались отъ своего имѣнія? — спросилъ юноша совершенно ровнымъ и, попрежне- му, наивно-серьезнымъ тономъ. Русановъ невольно сконфузился при этомъ неожиданномъ вопросѣ юноши и улыбнулся той наивной серьезности, съ которою онъ былъ заданъ. Не отвѣчая, Русановъ протянулъ быстро юношѣ руку и сказалъ: — Пожалуйста, непремѣнно приходи- те... Я вамъ запишу мой адресъ. — Я буду очень радъ ,—сказалъ К оіі - радъ, въ свою очередь, крѣпко сжимая руку Русанова; и по этому пожатію, и по смущепному выраженію довольнаго ли- ца Русановъ понялъ, что этотъ юноша, дѣйствительно, его уважаетъ, и ему бы- ло пріятно. Но вмѣстѣ съ тѣмъ онъ опять почувствовалъ робкое смущеніе и безотчетный страхъ,—чувство, котораго прежде, въ недавніе годы, онъ почти не испытывалъ; и въ особенности смущалъ его и заставлялъ робѣть этотъ прямой, искренній, но упорный взглядъ юноши,— признакъ глубоко-честной и впечатлитель- ной натуры, для которой имѣетъ вѣсъ самое ничтожное слово. — Подождите! Задохся! — закричалъ увлекшимся бесѣдой спутникамъ старикъ Кремлевъ, въ переваяку, быстро сѣменя ногами, старавшійся ихъ догнать. — Фу, батюшки!..—Ну, и бѣгаете же вы здѣсь!.. Виноватъ! Извините!.. А я вотъ кое къ чему присматривался... Такъ, къ тряп- камъ... дочь и жена ітросили... Да! Такъ на чемъ это я остановился? — спросилъ старикъ, усиленно почесывая за ушами.— Такъ вы говорите, что видали одного Мо- деста?