b000002166

о статокъ нѣкогда существовавшихъ боль- шихъ патріархальныхъ артелей-семей. Такъ, есть выти: Груздей, Сохатая, Мерзлая, Гусева и проч. Предъ нача- ломъ страды и собирается тотъ сходъ для „обиранія вытями“, который мы и начали описывать. Прежде всего выступили представители семи коренныхъ дворовъ, старѣйшихъ въ извѣстномъ родѣ. Отъ Груздей—мои хо- зяева, брательники; отъ Сохатыхъ—Ро- манъ кузнецъ; отъ Гусевыхъ—старовѣр- скій дворъ; отъ Мерзлыхъ—дѣдъ Ѳедо- сей и т. д. Всѣ они за-разъ стали вы- крикивать на сходкѣ примѣрно въ такомъ родѣ: „Ну, ты, ИванъПетровичъ, хочешь, что ль, въ мою выть по прошлогоднему?“— „Изволь, съ удовольствіемъ“.—„Дау тебя сколько теперь душъ?“ — У меня—на три. — А работниковъ теперь двое? Ты, вѣдь, сына на сторону послалъ? — Послалъ, это точно... — Ну, вотъ! Мало! Нехватка будетъ. — Полно-се, Миронъ Петровичъ! Не разбиваться намъ стать... Сколько лѣтъ одной вытью обираемся!.. — Ты бы хоша работницу, что ли, при- нанялъ!.. Не управимся! — Полно грѣшить! Вѣдь, у тебя теперь хозяйство какое! Слава тебѣ Господи!На пять душъ тянешь! Пятеро работниковъ у тебя ...Амнѣ изъ какихъ доходовъ ра- ботницу нанимать?.. — Изъ какихъ? Сынъ въ заработки п ошелъ—оплатитъ. — Полно-се, братецъ мой, грѣшить- то... Управимся за милу душу...—угова- ривалъ Иванъ Петровъ. — Я бы пожалуй... По мнѣ, пущай... Да мои обидятся!.. Понимай это... Ров- нять надо... — Это вѣрно... Да ужъ нынѣшнее лѣто хоша бы... — Говори съ Кривулей. Какъ онъ? Эй, Елизаръ! Беремъ, что ли, Ивана Петрова? — А у него что?—откликается откуда- то Елизаръ, двоюродный братъ Мирона. — На три души—самъ-другъ только... — Н у, что жъ! Старый пріятель!.. Не ссориться же намъ!.. Пущай на выть четвертушку выставитъ, ради для уваже- нія!.. — Да это изволь, съ удовольствіемъ!— говоритъ Иванъ Петровъ,—За этимъ не постоимъ! Господи! да чтобы пріятелей не угостить!.. Помилуй-скажи!.. — Н у, теперь всѣ ли у насъ? — счи- таетъ Миронъ.—Моихъ пять душъ, тво- ихъ, Иванъ,—три, Елизаровыхъ—пять; это будетъ тринадцать... Ну, у Пашки- племяша—еще двѣ... Пашутка!—кричитъ онъ молодому, недавно отдѣлившемуся отъ семьи Елизара, мужику,—съ нами, что ли, идешь? — Нѣтъ, я нонѣ съ вами не пойду! — Чего такъ? — У насъ нонѣ своя выть обирается, молодая! Веселѣе!—улыбаясь кричитъ Па- велъ. — У нихъ нонѣ все новожоны собра- лись! Что бабы, что мужики—на подборъ! Шишка Василій у нихъ вытнымъ! —кто- то поясняетъ изъ толпы. — Ну, пущай,—говоритъ Миронъ:— надо еще три души искать... Эй, право- славные, не желаетъ ли кто къ намъ? Трехъ душъ не хватаетъ. — Ты съ Елизаромъ, что ли?—подхо- дитъ къ нему смирный мужичокъ. — Елизаръ, да Иванъ Петровъ. — Такъ... Я бы, пожалуй, пошелъ... У меня на двѣ души... — Лядащій вы народъ!—сказалъ Ми- ронъ. — Н у, не взыщи, братъ, какой есть! Не любо—не просятъ... У васъ тоже ру- гани не оберешься... Больно вы круты съ Елизаромъ-то...—отвернулсямужичокъ и пошелъ къ другой группѣ. — А вамъ бы чужими руками все!— прокричалъ ему вслѣдъ „хозяйный" Ми- ронъ.—Эй, православные, приставайте кто есть!—крикнулъ онъ опять, и прибавилъ, обращаясь къ Елизару: —все лядащійна- родъ остался... — Ну, немного, чай, переработаешь лишковъ-то!.. Зови Алистарха... Пріятель давнишній... — У него, у Марѳы, нога болитъ... Врядъ, поди, выйдетъ въ луга... — Зови, говорю... Что намъ считаться! — Ну, вы какъ?—спросилъ я своихъ хозяевъ,—обрались? — Да, вѣдь,у насъ скоро: мы братель- ники в с е ...И у всѣхъ бы скоро, д а вотъ нонѣ молодые свою выть обираютъ... Ну, и отошли отъ старыхъ вытей; надо одну старую выть рушить... — Зачѣмъ же они свою выть соби- раютъ? — Такъ, хотятъ по-пріятельски... Все пріятели собрались, одногодки... Оно имъ повольготнѣе на своей-то волѣ... Со ста- риками тоже не больно повадно: тамъ окрикнутъ, тамъ ругнутъ, а другойразъ