b000002166

в аться въ тайнѣ. Кончится борьба въ пользу полнаго индивидуализма —кулакъ и собственникъ почувствуютъ свою на- стоящую силу, тогда и мужикъ, будьонъ самой чистой русской крови, потеряетъ всякое сознаніе о „тайничкахъ“ и, въ охраненіи основъ индивидуальной соб- ственности, явится такимъ „столпомъ“, что утретъ носъ всякому нѣмцу... А о французахъ и толковать нечего! Онъ еще ихъ уму-разуму, пожалуй, въ этомъ разѣ учить пойдетъ. Дѣло тутъ вовсе, зна- читъ, не въ шампанскомъ... А если вотъ мы будемъ возлагать надежды на неувя- даемость какого-то мистическаго „тайнич- ка“, пока „мужикъ будетъ русскій му- жикъ“, и въ пользу этого тайничка паль- цемъ не шевельнемъ, то намъ очень ско- ро придется убѣдиться, что и русскій богатый мужикъ знаетъ не хуже нѣмца, гдѣ раки зимуютъ... — Такъ какъ же это къ вашимъ хо- зяйственнымъ дѣламъ относится? Почему у васъ неустройка? — А потому, видишь ты, Николай Ни- колаичъ,—отвѣчалъ Иванъ Тарасычъ:— крѣпости къ землѣ нѣтъ... Все о тъ это- го!.. Кабы оно у всѣхъ въ одно-то шло, такъ бы и ничего, былъ бы порядокъ, всѣ бы въ міръ смотрѣли... А теперь, глядючи по сторонамъ, глаза и разбѣга- ются... Накупитъ вотъ богатый въ вѣч- ное владѣніе пустошей, онъ ужъ на на- дѣлъ-то мірской и плюетъ... Не то онъ мужикъ, не то — купецъ... Ему мірское дѣло ужъ къ сердцу не лежитъ,—пояс- нили и прочіе мужики мысль Ивана Тара- сыча.—У насъ вотъ теперь мало ли му- жиковъ собственниковъ: они ужъ къ мір- ской землѣ и не радѣютъ... Вотъ хошь бы и канаву эту самую взять: бѣдный говоритъ — гдѣ денегъ взять? а богатый говоритъ—мнѣ что! Мояземля (собствен- ная-то, значитъ) въ сторонѣ!.. Отъ эн- того самаго всѣ и смущенія идутъ. — Мы вотъ хотѣли васъ поразспро- сить,—заговорили разомъ мужики:—чело- вѣкъ вы, надо думать, объэтомъ извѣст- ный... Разъяснить... Мы вотъ иной разъ потолкуемъ, да такъ ни до чегоне дого- воримся. Одинъ въ одно тянетъ, другой въ другое... Въ это время къ нашей бесѣдѣ подо- спѣлъ и сынъ дѣда Матвѣя, Якимъ, хо- дившій зачѣмъ то въ сосѣднюю деревню. — Такъ въ чемъ же дѣло?—спросилъя. — А вотъ видите въ чемъ, — началъ своимъ тихимъ, вѣжливымъ голоскомъ Петръ Шмонинъ, эксстаршина:—о тъво- лости къ намъ идетъ такое наставленіе, чтобы мы, значитъ, поспѣшили выкупить надѣлы въ вѣчное владѣніе, а послѣ то- го но дворамъ и разбили бы, значитъ, кому что по выкупу падетъ... Говорятъ, въ теперешнемъ житьѣ крѣпости нѣтъ; въ теперешнемъ, значитъ, владѣніи. При всемъ прп томъ — отвѣтственность боль- шая: ни ты самъ себѣ хозяинъ, ни ты самъ себѣ баринъ... С ъ землейэтой боль- шая возня, за всякаго нищаго али пья- ницу отвѣтствуй... Податибольшія... Но- нѣ ты богатъ, а завтра — нѣтъ ничего. Нонѣ у тебя 30 десятннъ, а завтра — половины не стало... А ежелив ъ вѣчномъ у тебя владѣніи земля — такъ тутъ ты живи-поживай себѣ помѣщикомъ! Кромѣ себя, ни за кого не отвѣтственъ... Такъ ли-съ? Самъ себѣ голова... Налогъ съ тебя пойдетъ барскій, какъ, примѣрно, съ помѣщичьихъ земель... Говорятъ, что больше, какъ пятиалтынный, съ десятины не сойдетъ. — Вотъ, вотъ, объ этомъ мы и хотѣ- ли разспросить,—подтвердили мужики. — А какъ вы сами то, по совѣсти, ду- маете? Что лучше: въ подворно ли всѣмъ раздѣлиться, или въ мірскомъ владѣніи землю имѣть? Мужики задумались. — Да, вѣдь, вотъ въ томъ и задача, что не знаемъ... Одно думаемъ—и такъ хорошо, а другое думаемъ—какъ бы на вѣкъ дуракомъ не остаться!.. Вотъ,вѣдь, что,—отвѣчали мужики. — Ну, да все-таки; кто изъ васъ боль- ше къ одному расположенъ, кто къ дру- гому? Ну, вотъ, напримѣръ, ты, Евтропъ Васильичъ?—спросилъ я большака Шмо- нина. — Я бы такъ полагалъ, что подворно разбить лучше. Потому тутъ ужъ я вы- куплю землю въ вѣчное свое владѣніе—и спокоенъ. Никто меня съ неяне сгонитъ; что хочу, то и дѣлаю. Хочу пашу, хочу дома на печи лежу. Хочу рано всталъ, хочу до обѣдни проспалъ. Моя воля! — Ишь ты, какъ онъ, старый, слобо- ду-то любитъ!.. Богатѣть сталъ! По бар- ски нѣжиться захотѣлъ ,— подшутили му- жики . — А что жъ,—сконфузился старикъ,— мнѣ ужъ и отдыхать пора... — Такъ вы думаете, такъ лучше? — Думаю... Потому же вотъ, главное, говорятъ, и налога меньше пойдетъ, по- винностей... Теперь навозъ... Я свою