b000002166

ГЛАВА III. МИНЪ АОАНАСЬИЧЪ. нѣ, раскинувши руки и ноги и спокойно — То-то и ес т ь ... Такъ хоть передъ смотря на птичью тревогу. смертью, другъ, намъ съ тобой бы и сче- — Сладко, пріятель, спалось, — про- ты закончить?.. И къ Богу бы лучше бы- должалъ Минъ А оанасьичъ ,— кто его ло предстать на отвѣ тъ !.. А то что: вѣкъ знаетъ съ чего: съ того ли, что медомъ мужиками прожили, а все утоворъ не пахнетъ отъ свѣжаго сѣна, али отъ то- сдержали... Точно, каюсь, не такъ спра- го, что мягко на немъ, какъ на пуховой венъ я съ сыномъ, какъ вы ... Да, вѣдь, перинѣ... В се сны, братецъ, снились... ты насъ знаешь: не отъ худого корня и — Снились и мнѣ, вѣдь, братецъ ты мьг... А умереть оно такъ-то куда было мой. Вотъ и поди ты! Должно, оттого, бы лучше!.. Завершили-бъ союзъ, ровно что вмѣстѣ мы спали,— замѣтилъ Пи- ключомъ бы замкнули, и чисто!.. Такъ манъ,—Думаю такъ , что тутъ есть какое ли?.. Предѣлъ , молъ, мужицкій сполнили, ни то указанье. И совсѣмъ, братецъ, по правдѣ, по силѣ... Ты знаешь, мздо- изъ ума было вонъ, что отъ отца еще имцемъ я не былъ... Не изъ корысти я мнѣ осталась бумага. Лѣтъ двадцать то- говорю... А только одно— завершить му, такъ совсѣмъ и забылъ я объ ней, чтобы намъ съ тобою предѣлъ!.. Чтобы да вотъ теперь сонъ напомнилъ. предъ смертью, все, что было межъ — твое ли въ ней счастье, смот- нами, покрыть — и шабашъ! Такъ ли? ри? — Сказалъ Минъ Аоанасьичъ. — Бы- Умеръ тогда бы я, братецъ, не моргнулъ ваетъ . бы и глазомъ! — Ну, отъ бумаги какое ужъ сча- — Что ж ъ ,— отвѣчалъ Пиманъ Савель- стье! Такъ , сказка была... ичъ ,— говорилъ я тебѣ: я согласенъ... — А вотъ мнѣ, другъ ты мой, Пиманъ Хоть передъ смертью обѣтъ надо испол- Савельичъ, видѣлось,— началъ было Минъ нить... Только вотъ что: когда была во- Аѳанасьичъ, весь озарившись улыбкой.— ля моя, все помѣхи бывали, а теперь... Слушай... Теперь времена, братъ, не наши: какъ — Э, братъ !.. Опять тебя слушать? молодые, спроси. Вотъ подождемъ По- Этакъ, пожалуй, безъ покаянья умрешь, крова, молодые ребята придутъ съ зара- Ты ужъ при себѣ сбереги. Вотъ придетъ ботковъ, забѣгаютъ свахи, тогда гляди Покровъ, тогда ужъ съ тобой мы ста- самъ ... рухѣ и будемъ разсказывать сказки. — Ну, Покровъ, такъ Покровъ! Не — Ну, Покровъ, такъ Покровъ, — со- за горами и онъ !.. Покровъ, точно, все гласился и Минъ Аоанасьичъ.— Только, покрываетъ,— заключилъ довольный Минъ слышишь, Пиманъ Савельичъ, чтобъ сонъ Аоанасьичъ, и старики, таская пальцами мой былъ въ руку. сѣно изъ бородъ, выбрались вонъ изъ — Дай Богъ , коли былъ онъ благопо- сарая. лученъ. — Что жъ, подождемъ Покрова! По- — Онъ-то, братецъ, очень благополу- кровъ все покрываетъ, — твердилъ Минъ ченъ. Единственный сонъ, такъ тебѣ на- Аоанасьичъ и ждалъ Покрова. до сказать! — лукаво мигнулъ Пиману Вотъ , наконецъ, и Покровъ. Дергачи Минъ Аоанасьичъ. — Постой минутку,— заварили пива, заходили сваты и свахи, остановилъ онъ его за рукавъ ,— что все Попъ съ попадьей пришили карманы по- къ хозяйству бѣжишь? Экъ оно, братецъ, шире. Торопливѣе по избамъ забѣгалъ тебя обуяло! Вѣдь, полсотни годовъ про- Макридій Сафронычъ и зорче слѣдитъ шло, кнкъ мы уговоръ съ тобой положи- за „слабымъ народомъ“ , чтобы не успѣлъ ли сродниться; сколько ужъ и дѣтой за онъ ,— Боже храни!— въ пиво упрятать это время было у насъ, а все не свер- всю недоимку; рыщетъ по улицѣ, по ка­ ти ло сь... Что вчера говорилъ, то и сонъ бакамъ, подъ шумокъ пытая, кто сколь- говорилъ! Слышишь, пора, чай? Прежде ко принесъ съ заработковъ, кто сколько лютое время хоть было: нужда, да хо- хлѣба свезъ на базаръ, кто сколько про- зяйство, да 'баре насъ съ тобой разво- пилъ, на булкахъ проѣлъ. дили... Али и теперь все еще не приспѣ- — Горе и только—дѣло мое!—плачет- ла пора? К а к ъ -н и к а к ъ , а вѣдь, все, ся Макридій Сафронычъ. — Людямъ ве- братъ, изъ одного съ тобой мы полѣна!.. селье, а мнѣ пуще заботы! Сердись-не сердись. — Ну, не тяжелѣй поди нашей, Ма- — Кто жъ говоритъ !... Мужики, по- крицій Сафронычъ!— отвѣчаютъ ему же- ди, оба были, — добродушно замѣтилъ ны, отцы и дѣти, съ нетерпѣньемъ под- Пиманъ. жидая своихъ мужей и дѣтей.