b000002163

раньше, когда ей делали иеприятности. Намерениями все и ограничивалось. Мстить она не могла. Хорошо зная себя, з абрюзжала — не понравилось что-то в рас- становке мебели, предложила свой — сомнительного до- стоинства, по Лилиному мнению, — вариант. Лиля ти- хонько пожаловалась Севе: — Мне так неловко. Ведь это я предложила подви- нуть пианино. — Не обращай внимания. Пусть мать разрядит отри- цательные эмоции, — распорядился он. — Но ей же не нравится все, что бы я ни сделала. Это так заметно. — Лучше за собой замечай, — ответил он. Его отповедь ошеломила. Перестала с ним разгова- ривать. Свекровь звонила Игорю — приглашала прийти «посидеть просто так», потому что к новоселыо еще не подготовились, а Игорь со Светланой собрались на ку- рорт. Игорь явиться до отъезда не мог — тоже тяжел на подъем. Выяснилось, что приехал Евгений. Антони- на Михайловна попросила «передать ему трубочку». Ев- гений охотно принял приглашение на завтра. Лиле ста- ло жалко свекровь. После Боржоми она было воспряну- ла, а тут — смерть Евстратовны, переезд... Как-то резко сдала, спотыкалась на ровном месте и сама не могла решиться ни на какой поступок. И вдруг, пожалуйста, подвернулся советник, родственник, бле- стящий юрист. С обязанностями советника хорошо справлялся Сева, но У\нтонина Михайловна очень не хо- тела впутывать его в склоку, а возможно, еще и догады- валась, о чем он «возмечтал». А впрочем, Сева мог да- вать безошибочные советы только друзьям и знакомым. Чтобы никакого его личного интереса. Лиля сидела в уголке — нашлось местечко у книж- ных полок — и смотрела в телеэкран. Там из каких-то овальных отношений мастерили любовный треугольник. 253