b000002163

почка в фарфоровом колокольчике, который Павел Сер- геевич окутывал бумажиым колпаком, чтобы свет ие ме- шал сыну спать. Посидели немного: Сева торопился на вокзал встречать Антонину Михайловну, ему уже не тер- пелось скорее свидеться с матерью. Утром Лиля з аб еж ала на Почаевскую повидаться с Севой и поздороваться со свекровью. Антонина Михай- ловна на юге слегка поправилась, успокоила было нерв- иую систему — и вот беда: Евстратовна совсем илоха. Рассыпала лекарства на столе и, щурясь, стала отби- рать что-то для Евстратовны. За втрак не был готов, по- тому что газ из баллона израсходовали, а новый не вез- ли и каша на электроплитке варилась еле-еле. Сева опаздывал на работу, а тут еще со снежной пылью, дымно-морозным запахом утренних улиц прибежала Ми- нина жена Алена. Густые и блестящие, будто вышитые черной гладью, брови извивались над вытаращенными глазами. — Ну я как чуяла, убрала участок — и бегом домой, и чуть не загремела с лестницы, — выпалила Алена. Только в этой бойкой манере речи Лиля признавала в ней дворничиху, хранительницу чистоты лучшей город- ской улицы. С самого начала казалось, что Алена с Миней живут какой-то не своей жизнью, отчетливо со- знают это и юродствуют со всей серьезностью. Антонина Михайловна тихо приближалась к ранней гостье. Алена повела глаза в сторону и притушила неожиданную слезу: — Евстратовна умирает, вот что. Свалилась на са- мом порожке квартиры. Кулак у нее — во, весь синий. Я об него и споткнулась-то. Антонина Михайловна сразу посерела, схватила скляику и поспешила за Аленой. Сева вызвал «Скорую» и полетел на работу, а Лиля — встречать врача. Она 202