b000002163

глашениях. Обязательный человек. Но все-таки зря йё подумал, не будет ли им неудобно с Надей? В аэропорт за Гульрипши ехали в полупустом «Ика- русе». Длинный путь по непрерывному кудрявому кори- дору вдоль домов, похожих на гигантские плоды в зе- леных нишах, был так приятен. С моря, омывавшего из- ломы садов, веяло прохладой. Сева любил вокзалы, аэропорты. Лиле нравилось бывать на вокзалах, но аэродромы с их пронзительным опасным посвистом слегка пугали ее. Надя второй раз за два часа преодолела звуковой барьер, когда в тор- жественной очереди за багажом громко окликнула бра- та. И Лиля мысленно простилась с чудесным келасур- ским пляжем, с нежными хачапури, с воздушной «Ана- копией» — и она ею баловалась, чтобы, мол, Севе мень- ше досталось, — с бесподобными вечёрами, с уедине- нием вдвоем. Со всем успела проститься... Но Надин окрик оказался чуть ли не последним проявлением ее непримиримости с непрактичным братом. Ее поклажа — две «неподъемные» сумы с московскими продуктами и совсем легкий чемодан — д аже растрогала Лилю. Она стыдилась своего недавнего страха перед Надиным при- ездом, и хотелось еще намекнуть ей, что и сама Ли- ля неплохая хозяйка и не во всем они с Севой — «два сапога — пара». Надя — непонятно тиха — улыбалась. Лиля стала гадать про себя, что за благостность окутала Надину душу? Все выяснилось дома: им давали квартиру, почти новую, трехкомнатную в доме с мусоропроводом. Ли- ля — вот убей! — не обрадовалась, да и раньше сльіша- ла что-то от свекрови: ей уже звонил некий «ответствен- ный товарищ». Но брат и сестра сияли, как греческие «мадонки»: посмотри справа — Христос в благородной оправе, слева — Владимирская богоматерь. Чему радо- вались? Или просто «давно» не виделись? У Севы из-за неудач выработалась привычка преуве- 162