b000002163

4 і I ! I нее обнды и в конце кондов смываюг ее. Лучше не под- даваться обиде, лучше трезво рассуждать: ну ночему бы не дать ей квартиру в новом доме, хоть какую трех- комнатную, лишь бы новую и поближе к благоустроен- ному центру? Разве не заслужила за сорок пять лет работы? У нее одних общих анализов по сорок в день, как на двух ставках. На остановку шли как слепые, задевали забровки — чулок даже порвала. На разворотном кругу троллейбус гремел и искрил дугами. Подбежали и уткнулись взгля- дами в уплывающий железный зад. Она дышала как марафонец после финиша, и в глазах было темно. Раз- ве она может одна? А эта пара — что? Пришли к хо- зяину — будьте любезны хоть по разу открыть рты. Нет, и до сих пор молчат. Воды, что ли, набрали? Упрекнула. Лиля ахнула: а что с них требовалось? Се- вка же — видно, тоже был взвинчен — сказал, что ему вообще э т о не нужно, и заговорил с женой о какой-то книжке по лесоводству. Голос глухой, как из сырого ле- са. Лиля обещала ему порыскать по книжным лавкам. Чудаки, им жить. И где?.. Палашов поддерживал Антонину Михайловну, зво- нил Козыреву, давал понять ему, что он поступает не- красиво, и наконец обрадовал: «Скоро — на Златоврат- ского в новой девятиэтажке улучшенной планировки. Вам тут и на работу будет близко...» Девятиэтажку должны были сдать к Ноябрьским. В больнице быстро объявились новые претенденты. Наи- более серьезные — два зава отделениями — терапии и хирургии. Ах, как они враждовали! Взаимную непри- язнь объясняли разницей, в медицинских школах. Те- рапевт Лапин стоял за индивидуальный способ лечения. Сколько больных, столько и болезней! — провозглашал он и лечил небольшими дозами таблеток и изрядной 118