b000002162

- Да, но и дураком-то не будь. Прекрасная груша «бере», как назвал Тарас, была необыкновенно вкусна. Климов ел и ел. В доме было тихо. Мама Тараса с дороги, наверно, уже легла спать. Мимо раскрытой двери по длиннющему коридору проследо­ вал отец. Сколько помнил его Климов, он ничего в руки не брал и, кроме портфеля, с которым спускался к поданной во двор чёрной «Волге», ничего не носил. А сын, кажется, умел всё, даже то, что делали мастеровитые мужики. Тарас куда-то выходил, а возвращаясь, спрашивал: - Всё жрёшь? - Да, - кивал Климов. - Прощайся с ящиками. - Ну а думаешь ли, чуть-чуть? - Да немного. Последовательность ясна: импереализм, секс, нар­ кота. - Только не зацикливайся, не то ящиком тронешься. Впоследствии, много лет спустя, когда страна подходила к черте обвала и одной из любимых шуток-издёвок не чувствующих обма­ на граждан было выражение «В Советском Союзе секса нет», Кли­ мов мог даже улыбнуться, он слышал подобную насмешку давно, от друга, сына облечённого властью партийца, потом её впарили в уста какой-то идейной работницы. Сам набив живот субтропическими фруктами, захватить их маме, как ни совал ему сетку Тарас, он категорически отказался. Угощение от успешливых людей всё-таки могло задеть её. Отец в очередной раз собирался на Север, и мама с такой вымученной улыбкой гото­ вилась к этому отъезду, что Климов с дрожью в сердце догадывался, что отца влекли в такую даль не только заработки и мужественная красота Севера... Рассказать Тарасу о своих удачах Климову не хватило време­ ни. В зале Дворца пионеров его самолётик с красными звёздами на крыльях взлетел с первой попытки, совершил широкий круг и плавно приземлился. Климов был рад и в то же время растерян: что теперь за этим полётом игрушки? Что дальше? И тут сама каприз­ ница судьба взяла его за руку и провела сквозь своё увеличитель­ ное стекло. 25