b000002162

хорошел, но повреждённое мужское достояние, по-видимому, не восстанавливалось, и к кошкам он не испытывал никакого влече­ ния. С появлением ушастого котёнка в Арсике вдруг пробудилось от­ цовское чувство - обнюхает и лизнёт, сам не обидит и Петровых предостережёт: бросится на выручку при малейшей опасности (её, конечно, не было и в помине). Но, наученные горьким опытом болез­ ней и потерь четвероногих друзей, Петровы не хотели ещё одного кота. Лена вернулась из турпоездки, но забирать котёнка не спешила, а там «фирма», где она работала, закрылась. Превосходная компьютер- щица, она устроилась в Москве, ездила туда-сюда, и о возвращении «временно проживающего» уже не могло быть и речи. Котёнок чувс­ твовал, что он в обузу: в глаза не смотрел, проносился мимо стре­ лой, прятался. Лена говорила, что купила его у какого-то пьяницы, по словам того, ел он всё - картошку, даже огурцы. Петровы думали отдать его в «хорошие руки», поспрашивали знакомых, нахвалива­ ли: скромный, непривередливый, ест всё, даже огурцы. Но никто не прельстился. «Хватит, Надя, людей смешить», —вздохнул Петров. «Ладно, Боря. Пусть живёт, —вздохнула жена, —пусть кто-то бегает под ногами». Жена работала в учебном заведении, тянула лямку на двух ставках. Петров, наоборот, больше сидел дома - редактировал рукописи. Раньше за книги авторам выплачивали гонорары, и хоро­ шие. А теперь авторы или их спонсоры платили издательствам, по­ этому принимали всё, лишь бы деньги несли. Попадались рукописи просто беспомощные, но на то и был Петров, чтобы вливать в них жизнь. Он и вливал, доводил до ума. Работа отвлекала от постигшей его утраты - смерти матери. Горю шёл второй год, а это для него не срок, лет пять —семь держит, не отпускает, а там притаится, ждёт своего часа и не упустит его. Лето, в которое появился в доме котёнок, было для Петрова «клад­ бищенским»: устанавливали памятник, красил ограду, даже что-то сверлил, носил из леса землю, сажал цветы. Приходилось ухаживать и за могилами некоторых родных, погребённых в разных местах. Кладбище было большое-пребольшое, порой он проводил там весь день. Лицо обветрилось, руки загорели. 241