b000002162

продвигался в одиночку и, если даже не добивался желаемого, успо­ каивал себя тем, что всё сделал ради достижения её. В море достигал всегда и ощущал это по умиротворению, празднику в душе. Незваный спутник, похоже, вознамерился превзойти его не в этом, не поддающемся никаким меркам умиротворении, а лишь в дальности заплыва, к чему Бакунин никогда прямо не стремился, всё происходило само собой там, над огромной толщей воды, по которой он словно бы поднимался, как птица поднимается в небо. Он знал, что плывущий рядом мужчина не отстанет, и испытывал некоторую досаду. Вода незаметно приобрела совершенную прозрачность. На едва доступной для человеческого глаза глубине проступало дно, и две их тени перекатывались по округлым камням. Бухта осталась позади, и море развернулось на все четыре стороны. Бакунин рванулся впе­ рёд, но оттуда, разомкнув морской горизонт, вылетел катер, какой-то странный, будто бы без бортов, кормы, с одной носовой частью. Он держал курс прямо на пловцов, и они, перевернувшись через спины, поплыли назад. Катер ничуть не поменял курс и только в десятке метров от них резко забрал вбок. Пущенная им волна накрыла их с головой. Вынырнув, они перестали грести и, даже не посмотрев, где катер, разом засмеялись. - Надо же, куда угораздило нас заплыть! - сказал Бакунин. - Да не скромничайте. Вы уже стали здесь живой легендой. - Хорошо, что живой. Но катера за мной никогда не гонялись. - Вы были один, а двое - уже группа. - Берег видите? - Да как будто что-то где-то есть. - Не где-то, а вон там. - Бакунин поднял руку и помахал светя­ щейся по краям, как игольчатое ушко, жене. - Так она вас и увидела! А вы, мне кажется, тут бывали раньше, да и не раз. - Да, ещё в детстве ездил с родителями, потом один. - А у меня здесь тётка, я к ней каждый год наезжаю, да вы её ви­ дите каждый день. - Да и у меня тётка, почти что тётка, добрая старушка армянка. В детстве, когда ездил с родителями, мы останавливались у неё. Пом 203