b000002162

Аня на виду у всех села в машину вместе со Станиславом Алек­ сеевичем и Глебом, и они уехали, а я пошёл один через сквер. У сломанного фонтана стоял Серёжа. Он только что попрощался с ре­ бятами, поднимал над головой руку и, увидев меня рядом, опустил её мне на плечо. - Ну отправил? - без иронии спросил он. - Прогуляемся? - Иди уж доделывай свою курсовую, да и мне надо. Натянуто пошутив, мы разошлись. На следующий день после танцев в ДК Аню избили девушки из общежития. В городской штаб поступил сигнал, о чём тут же доло­ жили Серёже. - Погнали, Юра, в общежитие, —сказал он. И мы пошли. Как ни переживал я за Аню, но мне вдруг захотелось спать. Каждое утро я вставал ни свет ни заря и в тренировочном костюме, как бы делая пробежку, убегал за город, в коллективный сад, копал там гряды, са­ жал корнеплоды и травки в неласковую землю. Безуходная, давно неудобрявшаяся, она мало что родила, сад-огород был нам плохим подспорьем, если не сказать обузой, но родители, занятые на работе, истомлённые в стоической борьбе с наступающими болезнями, тем не менее держались за него. Наверно, им уже виделось то время, ког­ да, выведя меня в люди и взрастив милого, они смогли бы с вдохно­ вением отдаться этой страсти —работе на земле и не хотели думать, что сад создаётся и выводится из запустения молодыми руками, а старыми только поддерживается. Они не гнали меня в сад, даже не намекали на неотложность весенних работ и свою занятость, но что мне было делать, если они так дорожили своим скупым на урожай участком? А на буровую меня никто не просил пойти, стипендию я получал исправно, подрабатывал и раньше, привыкшим жить по средствам, нам вполне хватало. По дороге к общежитию сон в первый раз клонил меня, и я, как милый, тёр глаза. Так уж, видно, опасался ещё осложнить Ане жизнь этим нашим непрошенным заступничеством. Вскоре мы уже знали, что на работе её нет, заболела, как сказала нам тётя в измазанных обыкновенной краской брюках. Я представлял себе, как лежит она в пустой комнате на узкой железной кровати, повернувшись к стене изуродованным лицом. Господи, как будто человека так легко изуро­ 135