b000002160

Почему-то опять затикали часы. Маятник стоит, а они тикают. А как хо­ рошо ходили! Только раз встали, но нашёлся хороший мастер. Сейчас таких днём с огнём не сыщешь. В пьянство ударился народ. - Может, всё-таки рюмочку, а? - Старик выжидательно глядит, в глазах -тени исчезнувшего. Корреспондент мотает головой, отдувается после чая. Видок у него понурый. Свитерок, тонкий, серенький, натянут на широкой груди. И опять зачем-то о Творожникове спрашивает. Ведь все проскочи­ ли, провоевали, пролили кровь за счастье трудового народа. Нет, дался ему этот купец второй гильдии. Ну да, построил школу №3, городское учили­ ще, гимназию, больницу, родильное отделение врозь с больницей. Хоромы не он настроил, неправда, то Творожников-Нилин, другой человек, браток. Церковь Всех Святых - на неё сын Творожникова раскошелился. Раз в год Творожников-младший в Астрахань наведывался. Напоследок приплыл по Волге. Весь из себя! Что ты! А церковь Всех Святых прихлопнули, как ска­ зано было давеча. Да, а магазин-то в Астрахани... того, сгорел. В отместку кто-нито из обиженных, мошенников и поджёг, прости их, Господи. Содра­ ли вместе с приказчиками с Творожникова-то сто пятьдесят тысяч. Не по миру же идти? Пять тысяч получил. Коровку купил здесь. Не деньги уже стали - бумага бумагой. Уехал, а Творожников в Астрахани-то ещё успел новый магазин открыть на восемь человек. Да поздно. Грянула Великая ре­ волюция. Октябрьская! - А вот что я ещё скажу. - Старик хитро прищуривается. Да какая уж там хитрость, коли и была, вся вышла. Несчастный, заброшенный всеми старик. Красная звёздочка на воротах не в счёт, так, для проформы. - А вот что... - повторяет он, хотя корреспондент не проронил ни слова, смотрит в одну точку на краю лба старика - на вмятинку от осколка. Как воронка травой, поросла вмятина-шрам белёсым тонким волосом. ... - Творожников-то в Империалистическую войну пожертвовал на гос­ питаль четыреста тысяч. А я лет тридцать спустя поднял документы - во­ семьдесят тысяч всего значится. Украли триста двадцать доверенные-то. - Старик смотрит победоносно: ну, сразил я тебя, голубчик? Сразил. Корреспондент трёт пальцами лоб. Лоб сухой, блестит. - А как к вам эти документы попали? Ведь такие дела в особых архивах хранятся. - Ну... я имел доступ... - Старик настороженно пожимает плечами. - И как же вы его получили? - Ну я же ведь в энкавэдэ работал, - не в силах удержать понёсших его коней, твёрдо говорит старик. - Интересно. - Корреспондент постукивает тупым концом ручки по блокноту. - И как же?.. - спрашивает. - А так, - с тихой, невнятной обидой отвечает старик и сам откидывается на стуле, прижимается больными лопатками к спинке. - Я в «Заготконто­ ре» бухгалтером работал. Моего начальника вызвали в энкавэдэ. Он сразу 43