b000002160

ЧАСЫ ФИРМЫ «МОЗЕР» П оздняя осень. Ребристая по на дороге. Бурый покров травы у безмолвству- ющего собора. Старик не замечает собора, потому что невозможно давно живёт в доме напротив. Его белёсые глаза не воспринимают каменного кружева, все рас­ сеивается, превращается чуть ли не в прах, зато он как бы видит, что проис­ ходит по ту сторону собора, где площадь, магазины, снующий люд. Хотя в этом соборе его крестили и нарекли именем Денис. Старик нервничает, прислушивается, шлёпает валенками по полу. На­ конец его осеняет. Среди бела дня он включает свет, а сам встаёт у окна. Гость, которого он ждёт уже лишних пятнадцать минут, вырастает рядом с подмёрзшей лужей и приветливо машет рукой. Старик накидывает солдат­ ский бушлат и семенит в сени. Так и есть: вредные, беспамятные соседи заперли ворота, хотя он с вечера предупредил, что назавтра ждёт коррес­ пондента из «области». Вот и майся, дорогой гость, у ворот необязательно­ го хозяина. Он кряхтит, сетует на соседей. На лице - старческая, инистая улыбка. Быстро впускает гостя и запирает дверь на щеколду. Репродуктор за стеной горницы дребезжит, того гляди, рассыплется. По­ ловицы покачиваются. Соседская девчонка танцует под московскую дудку «Ламбаду». Гость выжидательно оглядывается. Старик поспешно вскиды- вает глаза к своему молчащему репродуктору. - Я с радио даже разговариваю, - смущённо говорит он. - Ведь всё не так, как надо бы... - А как надо-то? - спрашивает корреспондент и приглаживает бороду. Глаза блестят. - Как?! Как?! - задыхаясь, шёпотом переспрашивает старик. Лицо его дрожит. Он долго усаживается, водит задом над стулом. Наконец опускает­ ся. Теперь он доволен. - Вы вот думаете, что я совсем старый. Да я на сто лет моложе Пушкина, - задорно говорит он. - О, да вам ещё жить да жить! - Корреспондент улыбается. - На пенсии- то давно? - Да лет двадцать. —Старик вздыхает. - Я бухгалтером работал. Бухгал- тером-ревизором. Говорят, чёрт напутает - бухгалтер распутает, а уж коль 30