b000002160

В политехническом в то время ещё не было военной кафедры, и по окончании их «забрили», как говорили тогда, в армию. Махотин служил на спортивных площадках, борцовских коврах, на любимой лыжне, а брат - сугубо по специальности. К удивлению Махотина, армия ухватилась за Никиту покрепче, чем за него. Но случилось так, что на осенних учени­ ях под кодовым названием «ЗВ» («Звезда Валдая»), которым сопутствовал внезапный холод, брат сильно простудился, получил осложнение на сердце, и Махотин, сам уже «дембель», навестил его в госпитале. Солнце напоследок разласкало землю, балуя деревья, травинки, всякую тварь. Золотистые гирлянды спускались с неба, расцвечивали копны лис­ тьев, которые они расшвыривали ногами, прохаживаясь по дорожкам. Брат похудел, даже нос заострился, но раздался в плечах. Короткая ар­ мейская стрижка, «бобрик», обнажала широкий лоб с двумя симметрич­ ными белыми пятнышками в углах - некая пометка то ли судьбы, то ли со­ стояния здоровья. Но не это удивило, даже насторожило Махотина, а глаза Никиты: в них, ярких по-прежнему, уже не было живого интереса. Сам брат поёживался, несмотря на толстый свитер, натянутый по горло, и вид его мог привести кого угодно в озноб, но только не Махотина. Ему и в тенниске было парко, и, остужаясь, он подёргивал её, прямо за нос отпечатанного по груди тогдашнего кумира дворов и улиц. Эту майку с изображением барда он купил с рук в подземном переходе столицы и надел в первый раз, наде­ ясь эпатировать брата, а вызвал лишь недоумение. «Игорь, пойдёшь в ногу с модой - отстанешь от жизни», - изрёк Никита. «Лажа», - отмахнулся Ма­ хотин. Это новое словечко уже успело завоевать у молодёжи почётное пра­ во на употребление, хотя не все знали, что оно означало. «Чушь», - как бы пояснил он брату. «Сержант Махотин, как вы разговариваете со старшим по званию?» - изобразил удивление Никита. «Виноват, товарищ старший сер­ жант», - выпалил Махотин. «Старший лейтенант», - поправил его Никита и посуровел: «За неуважительное отношение к старшему по званию объ­ являю вам наряд вне очереди». «Да пошёл ты...» - заулыбался Махотин и, хотя не сразу, всё-таки поверил в столь значительное преуспеяние брата на, казалось бы, совершенно чуждом при его характере поприще. «Подумаешь, старлей, - хмыкнул он. - Да старлей, знаешь, где у меня был?..» Уточнять Махотин не стал, развернулся и строевым шагом пошёл по дорожке. Из своего короткого похода он вернулся с бутылкой коньяка. Никако­ го пижонства тут не было: коньяк стоил немного дороже водки и хорошо «шёл» даже без закуски. Впрочем, для Никиты он купил карамели, а сетку яблок из сада Махотина брат уже наполовину умял. И всё же неволить Ни­ киту он не собирался. Но тот благосклонно принял его предложение и даже буквально рванул бутылку из руки Махотина, отпил, правда, только пару глотков. Ну а Махотин себя не ограничивал, и хорошо ему стало: кругом осень, вся в золоте, а рядом брат, тоже золотой, и все живы, а он головой ощущает великую безбрежность неба, значит жизнь всё ещё равна беско­ 302